Форкиса не было видно, но это Никиту не взволновало. Он помнил, что Той отлично умеет дышать под водой.
Легостаев быстро вошел в море и поплыл к барахтающейся девушке, рассекая волны. До Яны было совсем недалеко, но внезапно он почувствовал, что его крепко ухватили за лодыжки. Той! Никита забился, пытаясь вырваться, но хватка метаморфа только усилилась. Никита еще держался на поверхности, но Форкис неумолимо тянул его вниз. Яна, захлебываясь, визжала всего в трех метрах. Голова Никиты ушла под воду, и все звуки тут же стихли.
Тут Легостаев с ужасом понял, что в воде он практически бессилен против Форкиса. А тот всерьез вознамерился его утопить — обхватил за шею, не давая всплыть. Никита чувствовал, что воздуха в легких все меньше. Он из последних сил совершил резкий рывок и на миг вынырнул на поверхность. Едва успел вдохнуть, как Форкис тут же дернул его под воду.
Никита резко развернулся и ударил когтями, благо, действие «Спящей красавицы» практически прошло. Ему показалось, что даже под водой он услышал вопль, вырвавшийся из глотки Тоя.
А потом Форкис вдруг просто исчез, растворился в темноте. Никита тут же всплыл на поверхность, работая руками и ногами, и снова набрал полную грудь воздуха. Форкиса он больше не видел. Но и Яна уже не бултыхалась. Никита поспешно нырнул возле того места, где из-под воды поднимались редкие пузыри, и вскоре поймал обмякшее тело девчонки. Он тут же рывком выдернул ее на поверхность.
— Жива?! Слава богу, — мрачно выдохнул Никита, вытянувшись неподалеку от нее. Он и сам был еле жив; во рту стоял привкус крови и грязной воды.
— Ты… Ты спас меня, — прохрипела Яна, переворачиваясь. — Зачем ты это сделал?
— А ты предпочла бы утонуть?
— Я имела в виду… после всего, что я натворила…
— Твой дружок бросил тебя, — сказал Никита.
— Он не мог этого сделать… Он никогда бы меня не бросил… — Яна снова закашлялась и сплюнула мутную воду.
— Видно, плохо ты его знаешь. Той видел, что ты тонешь, но предпочел напасть на меня, нежели помочь тебе. В этом вы все! Метаморфы настолько ослеплены своими новыми силами, что думают только о себе и своей выгоде! Вам всем плевать на окружающих!
— Я не… я не верю! — разрыдалась вдруг Яна.