Только так ты сможешь спасти свою семью. Иначе они все умрут.
– А после этого мои друзья сотрут твою планету в космическую пыль, – мрачно пообещал Генри.
– Может быть, – кивнул вождь, – такое вполне может быть, но необязательно. Ведь это будет геноцид. А ваши власти никогда этого не допустят.
– Моим друзьям нет никакого дела до властей. Ты видел мою яхту. Ты знаешь, на что она способна. Так представь теперь, что будет с твоей планетой, если в эту яхту загрузить много ядерных боезапасов и, разогнав ее по орбите, направить на поверхность планеты.
– Они могут попытаться, – криво усмехнулся грендалианин, – но кто пойдет на такой риск? Кто решится отдать свою жизнь, даже ради такой настоящей мести?
– Я, не сходя с этого места, могу назвать двоих, не считая себя самого, – пожал плечами Генри.
– Но что это даст? Ведь своих близких они все равно не спасут, – усмехнулся вождь после короткого раздумья. – Я предлагаю тебе решить все здесь и сейчас.
– Дело не в страхе, – покачал головой Генри. – Я не верю тебе. Ты сделаешь вид, что отключил мину, а как только почувствуешь, что проигрываешь, убьешь их.
– Ты не веришь слову воина? – растерялся вождь.
– А ты веришь? – моментально нашелся Генри. – Ты поверишь мне, что я сойдусь с тобой в схватке, если ты их отпустишь?
– Будь ты один, я бы пошел на это, – задумчиво произнес грендалианин, – но вас много, и я не хочу рисковать. Те двое в железных доспехах были с тобой там, на моей планете.
– Тогда я предлагаю другой вариант, – сделав вид, что думает, ответил Генри, – все это касается только нас двоих. Отпусти женщин, детей и больших. Эти четверо пусть останутся у тебя. Так и я буду спокоен, что им ничего не угрожает, и ты сможешь использовать заложников.
– Капитан, вы с ума сошли! – растерянно воскликнул один из чиновников.
– Заткнись, болван, – рыкнула на него Лана, внимательно слушавшая переговоры.
– Это выход, – задумчиво кивнул вождь, – и ты готов дать мне такое слово?
Медленно сняв с плеча ремень бластера, Генри передал его Заку и, повернувшись к вождю, громко произнес, глядя прямо в камеру комплекса связи:
– Я сойдусь с тобой в схватке на саблях, если ты отпустишь всех детей, женщин и больших, оставив себе только четырех заложников.
Недоверчиво посмотрев на него, грендалианин сделал воинам знак выпустить из клетки девушек.