Уголок моих губ пополз вверх в ехидной усмешке.
– Что только подтверждает мою теорию.
Фостер устало вздохнул, его теплое дыхание коснулось моей щеки.
– Ты ворчишь каждую минуту, что мы провели здесь, почему ты не можешь просто насладиться солнышком? – спросил он, собирая мои волосы и перекидывая их на левое плечо. Кончики его пальцев невесомо пробежались по моим шейным позвонкам, и это мгновенно отозвалось тяжестью в самом низу живота. Я нервно сглотнула и хотела уже ответить ему, но не успела и рта раскрыть, неистовое желание захлестнуло меня, когда кончик его языка принялся нежно блуждать по распаленной коже моего плеча.
Иисус, Мария и Иосиф, – да простят они меня за упоминание их имен в такой момент – эти прикосновения были совсем невинными, но мое тело плавилось и расслаблялось от каждого из них. Я прикусила губу, чтобы не замычать, когда его крупная ладонь погладила мой живот. Его действия лишали меня всякого самообладания, ведь Джефри действовал так уверенно и умело, он не флиртовал, не пытался дразнить, он касался меня так, словно я принадлежала ему, словно была его настоящей невестой.
Ткань моего платья была совсем тонкой, я чувствовала себя обнаженной под его ладонями. Сердце колотилось в груди, разгоняя кровь по всему телу. По моим плечам побежали мурашки, что наверняка не укрылось от него, ведь Джефри продолжал свою пытку. И в тот самый момент, когда я уже хотела зажмуриться и потереться задницей о нечто твердое и большое под его ширинкой, мой мозг напомнил мне, где и с кем я нахожусь.
– Я не могу насладиться солнышком, потому что ты заставил меня сюда ехать, – фыркнула я, отодвигаясь от его губ. Хриплый смешок опалил мою шею, а костяшкой пальца он погладил мою щеку. Его развеселили не мои слова, нет, ему стало смешно из-за реакции моего тела на его поцелуи. Моя щека была горячее и краснее задницы адского грешника. Где же я так согрешила?
– Я не заставлял, я просто сказал, что будет странно, если я появлюсь здесь без невесты.
– Я тебе не невеста, – фыркнула я, левой рукой нервно поправляя волнистые пряди волос. Фостер перехватил мою руку и крепко ее сжал. Я в возмущении вскинула брови и обернулась к нему. Уголки его губ дернулись, прежде чем он поднес мои пальцы к своим губам и мягко поцеловал каждую фалангу.
– Кольцо на твоем пальце говорит об обратном, – с придыханием выдал он.