Во-первых, мне было плевать, а во-вторых, я догадывался. Только тупой не понял бы, что речь пойдет о белокурой наследнице без денег, но c красным кардиналом на фамильном гербе.
Я не слышал ничего, кроме этого навязчивого шелеста упаковки салфеток.
Графики вдруг расплылись перед глазами, в голове возник один разговор из прошлого. Пять лет назад, я позволил себе вырваться в Солт-Лейк-Сити среди недели. Я забрал Барбару из дома и повез ее за город. Мы не делали ничего предосудительного, ведь тогда я старался вести себя как джентльмен и держал свои руки подальше от ее трусиков, а она в отличие от других девушек не стремилась насадиться на мой член уже после минуты разговора.
– Почему ты бросил плаванье? – спросила Эванс, шелестя упаковкой и облизывая пальцы после сырных палочек «Читос». Мой взгляд неотрывно следил за тем, как ее губы скользят по ставшим оранжевыми от крошек пальцам.
Что она сказала? Плаванье. Да.
– Я долгое время занимался плаваньем, чтобы добиться внимания отца. Иногда мне даже казалось, будто я разглядел в его глазах гордость, но за этим последовало затишье. И тогда я решил бросить, надеялся, что он начнет отговаривать меня, но он просто сказал «окей» и продолжил говорить по телефону.
– Это несправедливо, я имею в виду – ты так хорошо плаваешь, я люблю наблюдать за твоими движениями в бассейне.
– Так ты наблюдаешь за тем, как я плаваю? – усмехнулся я. Барбара замерла, несмело косясь взглядом в мою сторону.
– Я видела несколько раз, может чуть больше, – защебетала она, собираясь в очередной раз облизать пальцы, но я опередил ее, обхватил ее руку своей и втянул ее пальцы в рот, скользя по ним языком.
– В любое время, – ухмыльнулся я, когда ее пальцы были вылизаны дочиста. – Если хорошо попросишь, я даже могу скинуть свои плавательные шорты, думаю, тогда наблюдать станет в разы интереснее.
Эванс густо покраснела, краем глаза я заметил, как она сжала бедра и ухмыльнулся. Я приблизился, собираясь поцеловать ее, но когда она раскрыла губы и потянулась ко мне, остановился.