О необходимости эвакуации тел я доложу главному знахарю скорой помощи, он лучше знает, что с ними делать.
Мы отдали чемодан соседке Клавдии, доматываться я до неё в поисках истины не стал. Раз мальчик к ней кинулся с объятиями, значит он её хорошо знает и с лучшей стороны. Так что это лучший вариант с кем оставить ребёнка.
— К себе тёзку не захотел забрать? — хмыкнула Мария, пока мы спускались этажом ниже.
— Шутишь? — с недоумением спросил я. — Я ему кто?
— А эта Клавдия ему кто? — парировала Мария.
— У меня такое впечатление, что она какая-то тайная бабушка, — ответил я. — А может и не тайная, просто сначала зачем-то это скрывала.
— Ну вообще да, похоже."
"Я позвонил в дверь квартиры, которая была следующей в списке. Спустя минуту дверь открылась и перед нами стоял господин, мягко говоря, в нетрезвом состоянии. А если быть точным, то он был в стельку пьян и еле держался на ногах. При всём при этом у него были явные признаки той самой «новой чумы». У меня поначалу челюсть отвисла, тут одной болезни выше крыши, а он ещё и накушался бормотухи или чего-то там.
— Кто там, Миш? — громче всех раздался пьяный мужской голос. — Зови его сюда!
— И много вас там? — поинтересовался я.
— Да вам-то какая разница? — не особо вежливо произнёс хозяин квартиры. — Вы чего хотели вообще?
— Вылечить вас от того, чем вы болеете, — ответил я. — И я имею ввиду не алкоголизм, с ним вы будете разбираться сами.
— От чего меня вылечить, вот от этого? — он ткнул пальцем в увеличенные лимфоузлы. — Я не тупой, я знаю, что это такое. От этого нельзя вылечить. Один мой сосед хотел вылечиться, а ему потом стало только хуже! Тогда хоть напиться перед смертью!
— От этой болезни есть лекарство, и оно у меня в сумке, — терпеливо сказал я, не обращая внимания на неадекватность хозяина. — Давайте мы пройдем в какую-нибудь комнату, и я всех осмотрю.
— А это что за чудо? — спросил мужчина, качаясь и глядя на Марию.
— Это моя помощница, — уже более жёстко ответил я. — Пойдёмте.
Я подхватил его под локоть и попытался повернуть его в сторону недовольных голосов, но он вырвал свою руку и пошёл сам. Проходя мимо гостиной, я увидел компанию из семи человек, сидящих за богато накрытым столом. Александр Сергеевич небось в гробу перевернулся, зная, насколько сейчас подходит одна из его «маленьких трагедий» по названию.