— Тогда как лучше, мне у неё наедине спросить или при всех? — уточнил я. На фоне вспышки чумы устраивать скандалы в чужой семье мне тоже не улыбалось.
— Без разницы, — хмыкнул он. — В итоге всё равно решение будет за ней, но об этом даже никто не догадается.
— Понял, — кивнул я и повернулся в сторону печки, с которой уже снимали сковородку с жареной картошкой. Я встретился глазами с чудо девочкой, незаметно подмигнул ей, потом обратился вслух: — Мария, можно тебя на секундочку?
Сейчас её было не отличить от обычного беззаботного шестилетнего ребёнка.
— Ты сможешь провести меня по соседям, рассказать кто где живёт? — я спросил достаточно громко, чтобы создать правдоподобную легенду зачем она мне потребовалась.
— Пусть лучше Артёмка вам покажет, — ответила за девочку мать, продолжая на меня смотреть с некоторым недоверием.
Совсем не тот ответ, который мне хотелось бы услышать, Артёмка мне не нужен, я тогда лучше один дальше пойду.
— Мам, а я уже всё сделала, о чём ты просила, — невинным голосом ответила девочка. — Я схожу с дядей к соседям. Он хороший, ты за меня не волнуйся, это же лекарь из Питера.
Маме очень не хотелось давать положительный ответ и по ней это было сильно заметно. Однако девочка на неё так жалобно посмотрела, что та неохотно сдалась.
Мария побежала одеваться, а я, наконец, сообразил, что у меня правая рука без перчатки. Есть вариант обработать руку антисептиком и надеть перчатку, но тогда кожа будет преть ещё сильнее. Лучше обработаю тогда потом. Мария вышла одетая буквально через пару минут.
— Ну что, дяденька, пойдёмте? — высоким голосочком спросила она. Одежда похоже и правда у неё от старшей сестры Даши. Для многодетной семьи очень удобно, особенно в деревне.
— Пойдём, — кивнул я, закидывая немного полегчавшую сумку на плечо. — Давай ручку."
"Девочка послушно взяла меня за руку, и мы пошли на выход. И кроме неё ещё два человека знали, что эта послушность и невинность чистейшей воды показуха.