Да и мы уже три раза прошли всё вдоль и поперёк, никого лишнего не встретили. Скорее всего их уже давно след простыл.
— Ребят, если честно, меня уже ноги не держат, — сдавленно произнёс Дмитрий Ефремович. — Раз там кто-то ещё остался, пойдёмте уже доделаем и в машину. Я уже и сидя спать готов, лишь бы не стоять и не ходить.
— Крепись, Дим, — похлопал его по плечу Иван Терентьевич. — Теперь уже совсем немного осталось. Правда, Машенька?
— Правда, немного, — неохотно ответила девочка. — Идите за мной, а то вы всё никак с места не сдвинетесь.
Мария бодрым шагом пошла по улице к ближайшим домам. Мы неровным строем поспешили за ней. Я догнал, поравнялся и шёл рядом. Она что-то хотела сказать мне, но обернулась и передумала. В гробовой тишине ночи звуки разносятся очень далеко, наши шаги явно было слышно с другого конца деревни.
Девочка притормозила возле одного дома и ткнула в него пальцем.
— Там тётенька на лежанке, — уверенно сказала она.
— Но я там смотрел! — возмутился Илья.
— Внимательно смотри, — огрызнулась Мария.
— Иди, Илюх, — кивнул я. — Если там куча тряпок, то лучше разгреби, я так уже находил.
— Ну ладно, — пробубнил Илья и пошёл на поиски пациента.
Ещё через три дома девочка снова остановилась и показала на дом по другую сторону улицы.
— Там двое в чулане среди тюфяков с сеном, — сообщила она и пошла дальше.
Виктор Сергеевич отделился от нашего отряда и отправился проверять чулан. Таким образом мы всех распределили по домам и остались вдвоём.
— С видящей ты хорошо придумал, — сказала она. — А теперь мы с тобой поработаем, идём сюда.
Она резко свернула к предпоследнему дому слева. Этот дом был немного больше остальных и имел больше надворных построек. Я уже хотел подняться на довольно высокое крыльцо, но Мария прошла мимо.
— Все туда идут смотреть, — бросила она через плечо. — А они зимой там не живут, слишком много дров надо, чтобы натопить.
За домом на полутораметровых дубовых сваях стояла длинная постройка с широким пандусом вдоль неё.