— Что-нибудь, — ответил я немного хрипловатым голосом.
— Жить будет, — резюмировала Мария и исчезла из поля зрения.
Мимо нас по лестнице один за другим пробегали сотрудники контрразведки и исчезали за распахнутой дверью. Возни и драки я не услышал, но одного за другим вывели троих мужчин, которых приходилось поддерживать, чтобы они не осели на пол.
— Саня, ты в порядке? — услышал я над ухом голос Боткина, значит и его сюда впустили.
— Почти в порядке, — всё ещё не совсем своим голосом ответил я и попытался подняться, Боткин мне помог.
— Держи свою электрошпагу, — сказал Андрей, осторожно поднимая со ступеньки моё оружие, стараясь не коснуться продолжавшего светиться клинка. — А то растопчут ещё.
Я убрал клинок в трость и снова обратил внимание на дверь квартиры, которую мы только что штурмовали. Двое разведчиков вывели женщину лет пятидесяти с хвостиком, которая сейчас выглядела явно старше своих лет: лицо осунулось, углубились морщинки, повисли мешки под глазами, волосы растрёпаны, но одета в явно дорогое платье.
— А вот и зятёк прибежал, — слабым осипшим голосом выдавила она. — Провались ты пропадом.
— Уж скорее ты провалишься, тёщенька, — выплюнул фразу Андрей и рыпнулся было вперёд, вполне возможно с целью врезать ей. Я его еле удержал.
— Не надо, Андрей, — сказал я ему. — Оно того не стоит. К тому же нехорошо бить маму своей невесты.
— Это не мама, — рыкнул Андрей, — это месторождение, хорошо, что всё дерьмо из маминой головы не передалось.
Лицо Образцовой исказилось от лютой ненависти, когда сотрудники проводили её мимо нас.
— Ну может она не такая уж плохая мама, раз у неё выросла такая прекрасная дочь, — сказал я и увидел удивление в глазах графини, когда её взор скользнул в мою сторону.
— Она похитила свою дочь и обращалась с ней, как с ведомой на убой скотиной! — с яростью в голосе воскликнул Андрей и смог дотянуться кулаком ей по рёбрам.
— Так, немедленно прекратить! — прикрикнул на Андрея Волконский, поднимавшийся по лестнице. — Не надо уподобляться этим падшим существам!
Графиня с трудом выпрямилась и её повели дальше.
— Везите её в карцер в управлении полиции, — сказал князь своим подчинённым. — Наручники и кандалы не снимать даже в камере.
В этот момент из квартиры вышли ещё двое разведчиков, которые под руки вели еле стоявшую на ногах Анну Семёновну.