Кирилл быстро вытерся, натянул майку и джинсы и направился на кухню.
Тетя Маша стояла у плиты и что-то сосредоточенно перемешивала.
– Добрый день! – поздоровался он и направился прямиком к холодильнику.
– Кирилл Александрович, скоро ужин! – пожурила его домработница."
"– До ужина не доживу, – ответил он, запихивая в рот найденный в холодильнике блинчик с творогом. Немного подумав, достал весь контейнер и сел вместе с ним за стол прямо на кухне.
– Что же это такое, – возмутилась тетя Маша. – Хоть тарелку возьмите!
– Вы не отвлекайтесь по пустякам, теть Маш! Лучше чаю мне сделайте.
– Озорник, – с притворной строгостью ответила она.
Быстро отставила варево, забрала у сопротивляющегося Кирилла блины, поставила перед ним тарелку с алым ароматным борщом, добавила сметаны и вручила ложку.
– Спасибо, – Кирилл тут же принялся за еду.
– Так сытнее будет.
– Теть Маш, а Кира не говорила, когда вернется? – спросил он с набитым ртом.
– Обычно возвращается после семи, – ответила та, снова вернувшись к плите.
– Обычно? – насторожился Кирилл.
– Ну да, – невозмутимо ответила домработница. – Садик же до семи. Дашу забирает, потом уже домой.
– Какой такой садик? – Кирилл замер с ложкой у рта.
– «Мурзилка», здесь недалеко.
– А сама она где?
– Так она же работает до шести. Пока доберется, пробки все-таки. Иногда раньше приходит. Вы разве не знали?
– Похоже, что я в курсе?
Борщ был забыт. Кирилл подскочил с места и навис над домработницей.
– Где она работает?
– Кирилл Александрович, вот ей богу, вы бы меньше по командировкам разъезжали! Знали бы тогда, что в вашей семье делается, – зацокала она языком.
Протянула ему карточку и вернулась на пост у плиты.
«Дизайн интерьеров, фирма „Хоттабыч“. Не нужно рвать на себе волосы, лучше приходите к нам!» – гласила надпись на визитке. Дальше шли телефоны, адрес и название сайта.
– Хоттабыч, Хоттабыч… – бубнил Кирилл, силясь вспомнить, откуда знает это название.
– Что-что? – спросила тетя Маша.
– Это я так, – отмахнулся Кирилл и глянул на часы. – Полшестого, успею… Заберите Дашу из садика сегодня сами. Всё, я ушел.
В крови забурлил адреналин, а руки непроизвольно сжались в кулаки.
«Ну, держись, милая.