Но Рыков не дал, – услышав это, Кирилл немного успокоился, но жена прогнала всё спокойствие следующим признанием: – Сказал, что позже даст…
А потом добила его окончательно:
– Ты ведь не позволишь этому случиться? Ты ведь нас вытащишь? Ты же всё можешь, Кирилл!
В ее голосе слышалось столько надежды, что сердце его облилось кровью.
«Что мне тебе ответить, любимая? Как я могу тебе что-то обещать в таком состоянии? – думал он, кусая губу. – Но с другой стороны, еще не всё потеряно. Что это я расслабился? Руки, ноги целы.
– Кирочка, – он старался говорить уверенно, – не знаю как, но я обязательно нас вытащу. Верь мне!
Кира заявила, что верит, и замолчала.
Пол стал вибрировать сильнее. Видимо, выехали на какую-то проселочную дорогу.
– Долго я провалялся в отключке? – спросил он.
– По ощущениям полжизни, – грустно усмехнулась она. – Но, думаю, не больше двадцати минут.
– Значит, уже где-то час едем. Интересно, куда нас везут.
Кирилл воскресил в памяти карту местности, силясь разгадать, куда Рыков может их везти. Они ехали еще часа полтора, затем машина резко затормозила. Хлопнули передние двери, и снаружи раздались голоса. Сначала говоривших было двое, потом к ним прибавилось еще два голоса. О чем-то заспорили. Наконец двери открылись, и в кабину нырнуло сразу два фонарных луча.
– Неплохо устроился, Трубачёв! – раздался зычный голос Рыкова. – Давай на выход. И ты, цыпа, тоже.
Кирилл зажмурился от бьющего в глаза света и попытался сесть.
Пока шли к заброшенному, на вид промышленному зданию, затылок Кирилла всё еще пульсировал болью, но он заметил, что каждый новый шаг дается всё проще. Когда подошли к входу, головокружение почти прошло, как и шум в ушах. Покрутил головой и с радостью обнаружил, что может это делать, не морщась от новых болевых вспышек.
– Чайник трещит? – довольно спросил тот, что вел его слева. – Повезло тебе, что башка чугунная. Обычно если кого стукну, потом долго ходить не могут."
"Кирилл мысленно окрестил его Хряком и присмотрелся к нему внимательнее.