На привокзальной площади нам удалось договориться с водителем небольшого грузовика, и вскоре мы уже выгружались у дома диакона. Матушка выбежала радостная и, вытирая платком слезы, начала обнимать нас, как родных сыновей. Сообща мы распределили привезенный груз. Часть вещей, предназначенных для хозяев дома, передали им в руки, часть груза отложили для пустынников, остальное упаковали для Псху, где нас ожидала новая и неведомая жизнь.
Чем больше мы сближались с этой богобоязненной сухумской четой, тем больше приоткрывались различные интересные обстоятельства их духовного пути.
Периодически навещая монахов, матушка некоторое время подвизалась вместе с сестрами рядом со старцем в горной пустыне. Но затем случилось так, что она захворала, испытывая сильные боли в животе. Ее срочно отвезли в больницу и сразу положили на операционный стол. Вскрытие показало полную запущенность болезни и невозможность операции.
— Зашивайте! — махнул рукой хирург. — Она до утра не дотянет!
На утреннем обходе он спросил:
— А как больная? Уже умерла?
— Нет, живая! — ответила медсестра.
— Как живая? Не может быть! — изумился доктор.
Обследовав больную, он поразился:
— Действительно, все в порядке! Это очень странно… Немедленно отправьте ее на операционный стол!
Теперь уже запротестовала матушка, решительно потребовав отвезти ее домой.
— Снова резать меня ни за что не позволю! — твердо заявила она.
Несмотря на пререкания и скандал с главным врачом, больную увезли домой.
Отец Серафим перед своей благодатной кончиной передал духовных чад отцу Виталию, выдающемуся подвижнику нашего времени, в будущем архимандриту.