Днем молитву приходилось удерживать без четок, чтобы не привлекать внимание моего спутника. И только сидя у костра, когда Илья засыпал, я мог долго молиться, подбрасывая сучья в раздуваемое ветром пламя. Искры взлетали в небо и там сливались с немеркнущими и такими близкими созвездиями, смотрящими прямо в душу.
К концу первой недели Илья объявил, что нужно ждать вертолет, который прилетит за водой.
— Как же он сядет в эти заросли? — удивился я.
— Сядет, сядет! — засмеялся Григорьевич. — Это же наш ас!
— Который нам доски привез?
— Он самый и есть!
«Такой сядет где угодно…» — подумалось мне.
— Илья, а можно попросить его показать мне сверху пещеры Пшицы и Серебряный хребет?
— Это можно… — кивнул головой Илья. — Я ему скажу. Это мой лучший друг!
Охотник еще раз прошелся косой по подросшей траве, а я топориком вырубил мелкие кусты."
"В полдень высоко в синеве послышалось стрекотанье вертолета, который лихо спланировал на нашу крохотную полянку, срезав при этом лопастями верхушки больших кустов.
Мы стремительно взлетели, оставив Илью далеко внизу. Борис приказал мне надеть наушники. Слева в отвесных обрывах показались огромные темные дыры.
— Пещеры! — раздался в наушниках его голос.
Заложив вправо крутой вираж, он помчался над фантастически красивым горным пейзажем: серебристое плато проплывало под нами.
За эти дни о многом удалось поговорить с Ильей Григорьевичем, а также побеседовать об удивительном горном крае Псху и случившихся там событиях. После поражения Турции на Псху произошло последнее сражение русских войск с отходящими в горы абхазским ополчением. Кавказская война закончилась военным парадом русских войск в поселке Красная Поляна.