Он, конечно, не герой, не ангел, но человек очень порядочный. Он бы никогда не стал строить козни, чтобы погубить Игоря или меня. Или наших детей. Нет, тут вы ошибаетесь.
— Но я вовсе не считаю господина Селиванова убийцей, — возразил Лев. — И не собираюсь его арестовать или подвергнуть каким-то иным преследованиям. Я просто строю разного рода предположения. Иногда в центре этих предположений могут оказаться близкие вам люди. Что ж, Светлана Павловна, мне остается только поблагодарить вас за интересную беседу.
— Нет, ключа от сада в связке вы не найдете, — ответила она. — По той причине, что никакого ключа от сада вообще нет: он не запирается. Да, я хотела вам сказать еще о том, что в нашем доме имеется не один зимний сад, а два. Сейчас вы войдете в его нижнюю часть, а оттуда имеется проход в верхнюю, которая находится на крыше.
— И за всем этим хозяйством ухаживает ваш садовник Никита?
— Да, это входит в его обязанности.
— И как, по-вашему, он с ними справляется?
— Думаю, да. Во всяком случае, у Игоря никогда не было к нему никаких замечаний. Я в эти дела пока не слишком вникала, но у меня замечаний тоже нет. А почему вы спрашиваете?
— Такая уж у меня работа — обо всем спрашивать, — ответил Гуров. — Ну, я пошел.
И он направился в глубь короткого коридора. А вдова вышла из дома.
Коридор закончился красивой дверью, отделанной красным деревом. Помня слова Светланы, Гуров взялся за ручку, чтобы открыть дверь, потянул… Однако она не открылась.
В коридоре было полутемно. Лев включил фонарик и принялся внимательно исследовать дверь. Начал с самого верха, осматривая филенки и косяки, затем постепенно опустился вниз. И здесь, всего в полуметре от пола, обнаружил крохотное отверстие, приспособленное, очевидно, для такого же крохотного ключа.
Ясно было, что такой ключ не стоит искать в общей связке ключей.
Гуров покрутил отмычки, выбрал одну, попробовал. Она не подошла. Попробовал вторую, третью… Подошла четвертая отмычка. Замок щелкнул и открылся.