Проклятый дом

И я не хочу от этой привычки отказываться, как не хочу отказываться от других традиций, какие сложились за время нашей совместной жизни."

"— Прекрасное намерение! — одобрил Лев. — В таком случае не могу я попросить вас об одной услуге? Скажите Татьяне Борисовне, что я хотел бы с ней еще раз побеседовать. И сделал бы это как раз на прогулке. Так что я буду ждать ее снаружи. Это продлится недолго, я ее задержу всего на несколько минут.

— Хорошо, я ей передам, — пообещала Кириллова.

Она поднялась на второй этаж, а Лев вышел из дома и стал прогуливаться перед входной дверью.

Если разговор с хозяйкой дома он готов был сделать публичным, готов был к тому, что его может подслушать убийца, то разговор с гувернанткой, наоборот, требовал секретности. Ведь он относился не к области догадок и общих предположений, а к вполне конкретным вещам…

Глава 17

Гуров гулял так несколько минут. Затем дверь открылась, из дома вышла Татьяна, подошла к нему, посмотрела на небо, потом сказала:

— Кажется, скоро опять польет.

Мы обязательно должны разговаривать здесь? Мне сегодня уже немного надоело гулять. Может, пройдем в гостиную?

— Я вас надолго не задержу, — заверил ее Гуров. — И поверьте, у меня есть веская причина, чтобы провести наш разговор здесь, а не в доме. У этого дома есть нехорошая особенность — там у стен, так сказать, имеются уши. А я хочу, чтобы наш разговор никто не слышал.

— Даже так? — удивилась гувернантка. — Ну, хорошо. И о чем же будет наш секретный разговор?

— Я хотел бы знать, как вы себя поведете, если вдруг проснетесь ночью и поймете, что вам и детям угрожает опасность?

Лицо гувернантки изменилось как по мановению волшебной палочки.

Только что это было довольно спокойное лицо молодой женщины, на котором читалось выражение легкой досады на то, что ее заставляют зачем-то торчать на улице, а теперь оно исказилось, на нем читался ужас.

— Ночью?! — переспросила Татьяна. — Вы сказали, что ночью нам будет угрожать опасность? Но почему?

— Я высказался совершенно иначе, — пытался успокоить ее Гуров.

 — Я не сказал «будет угрожать», я сказал — «если будет угрожать». Это пока лишь предположение. Мне только нужно знать, как вы будете себя вести. Каковы будут ваши первые действия?

— Нет, я так не могу ничего ответить, — заявила гувернантка. — Я должна знать, о чем идет речь. Какая именно опасность нам будет угрожать?

— Этого я не знаю, — признался Лев. — Возможно, вы почувствуете запах дыма или услышите крик «Пожар, горим!».