Сыщик подскочил к сидящим на корточках Таубе и Ильину, мгновенно разрезал их путы, вручил по винтовке и открыл огонь над их головами по набегающим из темноты абрекам. Первым же зарядом он уложил на месте Малдая из Бахикли. Таубе оправился первым и через секунду поддержал его огнём. Вдруг сзади послышался шорох. Алексей обернулся: Лемтюжников с белыми от ярости глазами, с кинжалом в руке, набегал на подполковника. Сыщик уже ничего не успевал сделать… Но тут Ильин вскинул винтовку и точным выстрелом прямо в сердце свалил старого дезертира.
Русские прислушались. В глубине пещеры стало тихо; оттуда никто больше на них не нападал. Зато снаружи раздавались звуки сабельного боя.
– Капитан, держите пещеру на мушке, а мы с Лыковым разберёмся, что там, – скомандовал Таубе и побежал к выходу. Алексей заторопился следом – и чуть не споткнулся об распростёртое тело Лавочкина. Тот был разрублен одним страшным ударом от правого плеча до левого бедра, практически надвое.
– Ифрит, собака! – выкрикнул сыщик в гневе. – Иди сюда, бейся со мной!
На его зов из-за валуна не торопясь появился великан с окровавленной шашкой в руках и попёр на него.
– Я здесь, урус! Хочешь смерти?
Больше он ничего сказать не успел, и сделать тоже. Разъярённый Лыков набросился на абрека с голыми руками. Чудовищной силы удар сбил Ифрита с ног.
– Это тебе за Мелентия, паскуда!
Почти в упор грянули выстрелы – уцелевшие абреки окружали пещеру. Таубе с Лыковым заторопились внутрь. Там в боевой позиции стоял Ильин и внимательно караулил, не крадётся ли кто из темноты.
– Что у вас там? – спросил он, оборачиваясь на секунду.
– Мы опять в осаде, – ответил Таубе. – Откуда только берутся, сволочь? Их там человек семь, не меньше.
– Сейчас я их прогоню, – сказал Лыков.
Подполковник с капитаном с интересом принялись наблюдать за ним. Алексей снял с лысины Лемтюжников обвитую жёлтой материей папаху, а у мёртвого Малдая подобрал его роскошную шапку из дорогого каракуля.