В Вильнюсе его просто так не арестуешь, нужна высокая санкция. А на основании чего ее дадут? Надо проводить спецоперацию. Своими силами. Вывезти Когана из Литвы и душевно допросить».
Волошин пошел к начальнику управления и доложил ему о возникших проблемах.
– Рискованно, – поставил диагноз начальник.
– Кто не рискует, тот не пьет шампанское, – сказал Волошин, прекрасно понимая бестолковость этой фразы, разве что поржать. Но надо было что-то говорить, подтолкнуть разговор, чтобы высветилось какое-то здравое решение.
– А кто рискует, тот обычно тонет в куче дерьма? – парировал начальник с кривой усмешкой. – Авантюрист ты, Волошин, но вдумчивый…
– Тогда я плюну на это дело – у меня других дел полно, – перебил его Волошин с раздражением, что редко случалось."
"– …И настырный, – дополнил фразу начальник. – А если этот Коган сбоку припека?
– Зато он расскажет, кто не припека.
Волошин перевел разговор в спокойное русло, хотя внутри у него все кипело. Он привык доводить начатые дела до логического конца.
– А если не расскажет, а если все это вообще туфта? Задаешь ты неразрешимые задачки, поди туда, незнамо куда.
Начальник управления задумался.
– Тогда мы извинимся и отправим этого Когана восвояси, – предложил Волошин.
Он понял, что если отказа сразу не последовало, то, может быть, наметится какая-то перспектива выхода из тупика.
– Долго извиняться придется, но давай попробуем, – резюмировал начальник.
Он тоже привык доводить любое дело до конца.
Возглавил операцию по захвату Когана капитан Комов.
Приехав в Вильнюс, они поселились в бывшем санатории на окраине города, где селили кого угодно, лишь бы деньги платили.
– Ну, что ты скажешь о Когане? – спросил Комов Крона, когда они встретились на набережной реки Вилия.
Крон не торопясь, последовательно начал выкладывать добытые данные.