На несколько секунд он исчез из поля зрения, и только засаленная кепка свободно качалась на волнах, напоминая о том, что ее хозяин существует на белом свете.
Между тем оставшаяся без рулевого лодка круто развернулась и, ведомая все еще работающим мотором, в считаные мгновения достигла берега. Она была небольшого размера, без груза, и мощный мотор выбросил ее далеко на песок.
– С доставкой на дом! – криво ухмыльнулся Крячко, продолжая массировать лодыжку. – А ты не верил! Если бы не я, где бы сейчас был этот кулак? Ручкой ему помахали бы – и все дела!
– А где он теперь?! – завопил Гуров, вглядываясь в неспокойную воду.
Мотор лодки работал вхолостую, грозя разрушить винт, который, сердито жужжа, разбрасывал по сторонам мокрый песок. Гуров вскочил в лодку и заглушил мотор. Когда он поднял голову, владелец плавсредства уже вынырнул на поверхность. Однако увидев, что его судно в руках вооруженных проходимцев, мужичок выпучил глаза, втянул в себя побольше воздуху и снова ушел под воду.
– Ихтиандр! – презрительно сказал Крячко. – Держу пари, на нем болотные сапоги, каждый по пуду весом. Придется тебе, Лева, его доставать, иначе он точно утонет. Я бы и сам достал, но вот нога…
– Помолчал бы уж – сам! – сердито бросил Гуров, начиная разуваться. – Одни проблемы от тебя!
Он не успел пуститься вплавь. Хозяин лодки, видимо, сообразил, что лучше попытаться выжить на суше, чем точно кануть в пучине, и с помощью сверхусилий сумел выкарабкаться на берег. Здесь он упал на песок, глядя на оперативников собачьими глазами и тяжело дыша.
Но Гуров молча обулся, встал и принялся толкать лодку в воду.
– Чего разлегся? – сердито спросил он между делом мужика. – Помогай!
Вдвоем они спустили лодку на воду. Гуров помог сесть в нее Крячко, забрался сам и приказал хозяину заводить мотор. Тот послушно все выполнил, и они поплыли дальше. Никто не произнес больше ни слова. Лишь когда лодка почти достигла пологого берега реки, Крячко вдруг схватил Гурова за руку и, возбужденно тыча пальцем, указал куда-то в начинающий сереть воздух.
– Ты посмотри-ка, Лева! – выкрикнул он. – Ты только взгляни!
Гуров обернулся. Из-за острова появилось идущее против течения судно. Это был красавец теплоход, белый, трехпалубный, украшенный яркими огнями. Где-то на палубе играл оркестр. Пронзительная сентиментальная мелодия старой песни неслась на водой. Слышен был каждый звук, точно рядом играл радиоприемник.