К нему подошел Уэйт, чтобы отвести его к месту работы, но он не удостоил стражника даже взгляда. Значит, Бьярни все-таки был прав. Он сказал, что видел, как Кристен смотрела на этого сакса, когда еще была с ними. Он утверждал, что ни разу не видел такого зачарованного взгляда у женщины."
"Если она действительно наконец сделала свой выбор, он был неудачным. А поскольку ее держали вдали от них, рядом с ней не было ни одного друга, который мог бы сказать ей об этом. Этот сакс никогда не женится на ней. Он был могущественным лордом, а она простой рабыней.
Он сам был удивлен, что взял на себя труд предупредить этого сакса. Она была христианкой, хотя, как видно, решила не признаваться в этом. Но при этом она была норвежской женщиной, с присущей всем норманнам гордостью и решимостью.
Глава 22
Кристен выпрямилась во всю длину и сладко потянулась. Она улыбнулась, увидев на подоконнике маленькую птичку, разбудившую ее своим пением. Когда она села в постели, птичка улетела.
Девушка была одна. Ей было интересно, заперта ли дверь, и она встала, чтобы проверить. Нет. Она снова улыбнулась.
Их одежда все еще валялась там, где он бросил ее накануне. Кристен быстро оделась и принялась наводить порядок в комнате. Ей так хотелось петь, что она не удержалась и на самом деле запела. Это была простая кельтская песенка, которой еще в детстве научила ее мать.
– Выходит, ты знаешь и другие языки, кроме нашего?
Кристен, расправлявшая покрывало на постели, оглянулась и увидела на пороге Иду.
– Да, я знаю много языков.
– Поостерегись, чтобы лорд Ройс не слышал; как ты говоришь на кельтском, потому что большинство кельтов наши враги.
– Большинство?
– Некоторые из них мирно соседствуют в Уэссексе с саксами, в Девоне и даже еще ближе, в Дорсете. Но кельты, живущие на западном побережье, всегда были нашими врагами и даже объединялись с датчанами против нас.