Я даже начал надеяться, что так и пройду в ворота. Никто не окликнет, не попробует остановить.
Зря, конечно, надеялся.
Наивный провинциальный юноша, что с меня взять.
Один из богато разодетых мужчин, стоявший в кругу с прочими похожим на него, повернул голову. Тоже с недоумением посмотрел, после чего резко отвернулся и сказал нечто такое, отчего на меня уставились все остальные.
Пройти мимо пятёрки явно не последних здесь людей, которые дружно таращатся на тебя — это как-то невежливо. Но и лебезить тоже нельзя.
Не по аристократически.
Приблизившись, я остановился, и, не изобразив даже намёка на поклон, заговорил:
— Доброго вам утра, уважаемые. Я пришёл сюда, чтобы стать учеником школы Стального Дворца Алого Стекла. Но я не вижу на входе тех, кто заведуют приёмом. Не могли бы вы подсказать, где я могу их найти?
Все пятеро так и таращились молча. Секунда прошла. Пять. Десять.
Это начинало напрягать, но я продолжал стоять, изображая из себя воплощение невозмутимости.
Один — седой до последнего волоска болезненно-худой мужчина с непомерно-круглым для такого телосложения лицом, наконец, даже не поклонился, а едва кивнул:
— И вам доброе утро, господин.
Затем, глядя как бы сквозь меня, отстранённо произнёс:
— На молодом господине печать Первохрама. Высшая печать.
Я едва сдержался, чтобы не улыбнуться понимающе, но при этом с превосходством.
Не зря затеял ту нервную эпопею с Хлонассисом. Теперь любой, кто может видеть некоторые вещи, сходу определит, что я не просто храм посещал, я был допущен к высшему испытанию.
Получить такой ключ за пределами Арсы — возможно. Но это будет своего рода иной кластер храмов, не связанных с империей и зависимыми от неё территориями.
То есть носитель Высшей печати обладает своего рода паспортом, потерять который невозможно, а фальшивок не существует."
"Я, разумеется, прикрыл себя не самым простым амулетом, искажающим вид на мой ПОРЯДОК. Вещица не из уникальных, но весьма дорогая, и предоставляет качественную маскировку.