Нет, я не о них заботился, а о себе. Ведь повалившись с кем-то на пол, рискую потерять темп, а это чревато.
Уж не знаю, каким чудом, но я сумел без помех приземлиться почти на середину комнаты, где, подкорректировав курс, откатился в угол. А уже там вскочил, вскидывая меч в готовности дорого продать свою жизнь.
Бой в тесном помещении — это тот бой, в котором мне мало что светит. Очень уж проблематично сражаться в условиях столь скверно пригодных для маневрирования."
"Но куда деваться, если дверной проём перекрыт пробкой из столпившихся стражников, мастеров и служителей.
Стоп! Я кажется увлёкся. Мне ведь не с ними воевать надо, мне…
И тут я, наконец, разглядел то, вокруг чего столпилась большая часть действующих лиц.
До моего эффектного появления все таращились на тело.
Тело, пришпиленное к полу мечом.
И рукоять меча сжимала рука.
Мужская.
Но совершенно на мою не похожая. Да и тело, которому принадлежала рука, тоже не моё.
А ещё я этого мужчину знаю. Это мастер. Великий мастер Ур. Главный человек в школе. Теоретически, для нас, учеников, лишь император выше по статусу. Но он выше лишь в теории, ведь мы его никогда не видели.
Как и не слышали его распоряжений.
Мастер сейчас не походил на притворно-строгого добряка с лукавыми глазами. Выглядел он так, будто в него демон вселился.
Демон смерти.
Как ни странно, я в этот момент улыбнулся. Улыбнулся искренне, потому что от сердца отлегло.
Дело в том, что помимо мастера я разглядел его жертву.
Оказывается, это не Кими из клана Кри. Разумеется, я знал, что мастеру незачем её убивать, но поди пойми всю суть замысла безликих. Мне ведь лапши могли навешать, а сами проворачивать нечто совершенно иное. В такой спешке сложно докопаться до истины.
Кими, кстати, я тоже разглядел. Ученица скрывалась за телами мастеров и слуг. Те окружили её столь плотно, что ещё чуть-чуть и раздавят.
Тогда кого же здесь убивают? Да ведь это даже не девочка. Под мечом мастера Ура корчилось тело в мужской одежде. Лицо не видно, но виноват тут не ракурс, а то, что лица, собственно, нет. Вместо него переднюю часть головы облепило что-то неясное, похожее на трясущуюся медузу всех оттенков красного и розового. То и дело в этой массе всплывали то глаз, то нос, то скула, будто омерзительная субстанция пыталась принять человеческий облик.