Захлестнув кнутом всадника, он сильным рывком стащил его с седла, и вот незнакомец оказался в объятиях брата, еще секунда, и они оба покатились по земле. Мне осталось собрать остановившихся на самом краю коней. Брат и спасенный им парнишка остались в живых. Покарябаны, поцарапаны, у Данки немного был рассечен лоб, но оба живы. Парень был без сознания, кони еле дышали. Подтянулись егеря с собаками, и мы, обустроив лагерь, решили отдохнуть сами и дать отдохнуть бедным животным. Ночь, тишина, костер. Паренек наконец пришел в себя.
И тут начались сюрпризы. Паренек оказался девушкой восемнадцати лет по имени Виктория, самовольно решившей прокатиться в лесу недалеко от поместья своего дедушки, барона Крайнвела. Уверенная в своих умениях и талантах леди встретила волков, и погоня началась. Чем она закончилась, видели мы все. Не сводившие глаз друг с друга Данки и Виктория проговорили всю ночь у костра, и только утром она заметила, что нас двое, но и тогда, к нашему общему удивлению, не сразу поняла, что мы близнецы.
Только где же ее искать, не может мне никто подсказать…
Айвенлин
Данки женится! Он такой счастливый, и мы все так рады за него. Беспокоит нас только Дасти. Таким потерянным я его еще не видела. Они всегда вместе, всегда рядом, и мы никогда не задумывались, а что будет, когда появятся в их жизни девушки. И вот одна появилась. Умница, красавица, голубоглазая блондинка с открытой и любящей душой. Но ведь братьев-то двое.
Жених и невеста само совершенство, церемония величественна и прекрасна, море улыбок и цветов.
И все-таки богиня смотрит на нас. Молодые не успели отойти от алтаря, только повернулись в сторону гостей, как в минутной тишине под куполом храма разнеслось звонкое и настойчивое:
— Ну-ка возьми меня!
Ахнули гости, сделались огромными, как блюдца, глаза невесты, запрыгали смешинки в глазах жениха, а улыбающемуся немного грустной улыбкой Дасти пришлось посмотреть себе под ноги.
— На ручки бери!
Растерявшийся брат выполнил требование малышки, а она, взяв его ладошками за щеки и не обращая ни на кого внимания, продолжила:
— Ну вот! Точно такой же! Так, тебя я возьму себе.