Сказал, что к окончанию военки отстроит на своей земле лабораторию. А я отказался.
А я как раз в этот момент сделала глоток шампанского и в итоге чуть не подавилась:
— Почему?
— Я понял, что не хочу производить уже известные составы в промышленных масштабах, — скупо бросил Волькан. — Я хочу заниматься исследованиями, двигать науку, делать открытия. Да, мне придется делать что-то на продажу, но… Я ждал и верил долгих пять лет. Сейчас мне уже ничего не нужно, я всего добьюсь сам. Уже добился.
— Ты молодец, — уверенно сказала Нольвен.
— Да, — кивнул Волькан. — Это я тоже понял. Просто у него на это уходит много времени.
— А вы заметили, как все хорошо сошлось? — Нольвен качнула бокалом, — мы выиграли турнир, создали лекарство для моей мамы, у Волькана все, опять же, где-то как-то образовалось.
— Лилей теперь официально под патронатом алворига Нортренора, — напомнила я. — С сильнейшим ритуалистом Кальстора никто не рискнет связываться.
— Да, — кивнула Нольвен и повернулась к Фрагану, — но, вообще, я веду к тому, что теперь мы ждем хороших вестей от тебя.
Гильдас криво улыбнулся, допил свое шампанское и покачал головой:
— Тут их не будет. Отец, конечно, сменил гнев на милость, но Филу светит десять лет в каменоломнях. Тут и убийство, и менталистика.
— Десять лет это не много, — серьезно сказала Нольвен. — Зелья, артефакты, хорошее питание.
— Тоже верно, — согласился Фраган. — тоже верно. Я за шампанским, кому-нибудь принести?
— Я с тобой, — улыбнулась Нольвен, — а то тебе рук не хватит.
— А может попросим кого-нибудь собрать нам корзинку с едой и рванем куда-нибудь, где посидеть можно? — предложила я. — Тяжело стоять.
— Я все устрою, — сказал Дрегарт.
И минут через пятнадцать мы уже накрывали стол в гостиной Меры. Сама она предпочла остаться на празднике.
— Так, всем полчаса на переодеться, — объявила Нольвен.
Разбежавшись по углам, через некоторое время мы собрались заново. Волькан, наш добрый алхимик, не поленился забрать Лилея с Синей из Академии. Мы с Нольвен дали ему зачарованный ключ, чтобы он смог пройти в нашу в комнату.
— Я тут это, — Фраган, чуть смутившись, поставил на стол плетеную корзину, — матушка моя передала. Пирог с мясом и шесть бутылок крепленого вина.