Так…
Не поняла.
И со мной не было Многоликой и Жаждущего. Я пахла… собой, ни малейшего оттенка запаха Халэнна…
Что происходит?
Поднявшись, я подхватила меховое покрывало и укрылась им. Менять форму тела бессмысленно: в такой одежде грудь не скроешь, а в гардеробной Элора почему-то не было ни единой мужской вещи: вместо привычных мундиров и сюртуков висели платья-платья-платья. Может, я у одной из его любовниц?
Нет, это просто сон, кошмар. Я сейчас проснусь.
Но пробудиться не получалось.
— Ри, — мягко позвал Элор.
Вздрогнув, я уставилась на дверь.
Ри? Он назвал меня «Ри?»
Дверь отворилась, и Элор предстал передо мной: немного растрёпанный, в фиолетовой рубашке и жилетке с золотыми чешуйками. Он улыбнулся нежно:
— Проснулась моя маленькая соня.
Да не может быть! Это точно сон!
«Не может быть, не может быть», — повторяла я про себя, пока Элор обнимал меня.
А затем я почувствовала его нежность, желание, радость при виде меня, и это резануло меня почти физической болью.
Это просто сон."
"Но горячие губы Элора коснулись моих, и поцелуй… был нежным и жадным одновременно, он разливался по телу Элора восторгом, слишком чистой и незамутнённой радостью, и я не заметила, как руки прижали меня крепче, как Элор вместе со мной отступил.
«Не так, неправильно, не такой сон», — стучало в мыслях, а Элор целовал мою шею, и я вдруг поняла, что не управляю собой, что это не я растворяюсь в его ласке, а какой-то образ меня, тело без разума. Разум повторял, что всё это не может происходить так… беспечно, светло, словно я обычная драконесса, обычная избранная…
Мне удалось ухватить контроль над телом, и я оттолкнулась, пытаясь встать.
— Скажи мне правду, — попросил этот ненастоящий Элор и поцеловал мою грудь, лизнул ключицу. — Скажи мне правду, и всё будет так…
Его губы скользили по моей шее, целуя.