Отказался даже бюджет империи пересчитывать, что для него крайне несвойственно — посчитать он любил. Отказался по этому направлению что-то делать и в выделенных ему королевствах, и, думаю, отчасти поэтому упоминание о награждениях, поощрениях и посмертных орденах, судя по тону, каким он мне пересказывал события этих двух дней, его раздражало.
— Тебе тоже причитаются награды, — сообщил он, разливая по кубкам остатки морса. — Ты какой вариант получения предпочтёшь, публичный или так?
— Пусть выдадут в частном порядке, не хочу толкаться на общем награждении.
— О-о, — протянул Элор, и в его голосе зазвенела гордость. — Их превращение произвело на всех неизгладимое впечатление. Слухи об этом ходят самые разные, Фламиры зубами скрежещут от всех этих разговоров о божественном благословении нового золотого рода, о том, что только Арен и Валерия достойны править империей и прочем подобном.
— За два дня охладели? — скептически уточнила я. — Не слишком ли быстро? И по каким признакам это определили?
— Это больше в сфере делового сотрудничества происходит, некоторые из их почти заключённых торговых договоров внезапно предложили поменять с меньшей выгодой для Фламиров.
— Я бы не стал расслабляться.
— Я не расслабляюсь, — отозвался Элор. — За Фламирами продолжают следить, но пытаться навредить нам после того, как на глазах у тысяч существ Великий дракон наделил Арендара и Валерию невероятной силой и помог спасти Эёран от уничтожения? Это глупо.
— Можно подумать, все Фламиры очень умны и никогда не делают глупостей.
— Делают, — согласился Элор. — Шарон Фламир никогда не ударит, если не уверен в победе, а сейчас никакой уверенности в их победе нет и быть не может. Если он и предпримет что-то, то позже, когда все подзабудут о битве и благословении Великого дракона.
— Единственное время, когда пара будет уязвима — время беременности, когда Валерия не сможет принимать другой облик. Если Фламиры решат напасть, они сделают это в этот период.
Элор мрачно взглянул на меня, кивнул.
— Ладно, — я поднялась. — Проверю вассалов лично. И заодно узнаю, как там моя собственность и прочие активы поживают. Ты дашь мне отгул на службе?
У Элора был такой взгляд, такая борьба читалась на лице.