Вокруг нас взревело пламя, и я ощутила, как в него выплеснулась часть моего огня, принося внезапное и почти эйфорическое облегчение.
Мы переместились на красно-серые плиты из вулканического камня, причём магия создавала иллюзию, что под нашими ногами — полуостывшая лава, ещё хранящая в себе жар породившего её вулкана.
Перед нами золотом сверкал дворец — резиденция Фламиров в Старой столице.
— Зачем ты меня позвал? — тихо спросила я, украдкой оглядывая стражей, сидящих на стене по периметру дворцовой территории.
— Ну раз ты предлагаешь…
— Элор, я серьёзно, — глухо произнесла я.
— Я тоже, — он зашагал к огромным золотым дверям, охраняемым каменными статуями драконов.
На самом деле он лукавил, но я бы в любом случае пошла за ним хотя бы ради собственной безопасности.
Резиденция Фламиров ослепляла блеском золота, огненных опалов, горного хрусталя, рубинов. И это не преувеличение: освещение и магическое воздействие делало убранство ослепительным в буквальном смысле этого слова.
Многочисленные караульные дежурили в шлемах с затемнёнными стёклами на уровне глаз.
Элор ничего не объяснил, значит, привёл сюда не по прямой нужде, а хотел держать рядом или не желал оставлять в здании представительства. Я немного расслабилась: мне надо будет просто стоять рядом. И следить, чтобы он не попался на воровстве.
Для участия в разговоре с Фламирами у меня недостаточно высокий статус.
Впрочем, если Фламиры попробуют выставить служащих для объяснений с Аранскими, те не станут унижаться и выставят меня задавать вопросы и требовать Фламиров на встречу. Обычная политика и демонстрация статусности."
"К моменту, когда мы добрались до кабинета, я почти рыдала и жалела, что Арендар вместо оперы не разнёс это ужасное место, хотя проблем это принесло бы больше.
В кабинете всё было красное и, к счастью, не блестело. Матовость бархатных портьер и тиснёных обоев представляла приятный контраст со сверканием коридоров.
Сидевший в кресле для посетителей император обжёг меня неприязненным взглядом, но в стане врагов мы были союзниками.
На письменном столе хозяина кабинета призывно отсвечивал красными, чёрными и дымчатыми перьями письменный набор. Их было штук пятнадцать. Элор бросил на них краткий жаждущий взгляд.
— Даже не думай, — процедил император.
Создавалось впечатление, что он следил за количеством перьев лично.