Элор обнимал меня, что-то щекотало скулу. Кажется, мех… С трудом удалось разлепить глаза. В сумраке под крылом Элора я разглядела окутывающий меня белый мех. Похоже, Элор принёс меня к себе и закутал своим покрывалом. Он всматривался в моё лицо:
— Ты уверен, что не нужно позвать целителя? Велларр здесь…
— Чтобы он потом за мной месяц бегал, проверял, как я? — мой голос звучал сдавленно, сипло, и прежде я этого тоже не замечала.
Вздохнув, Элор крепче прижал меня к своей груди:
— Рассказывай. Я знаю, что ты как-то убиваешь голосом, но после животных такого точно не было.
— Элор, пожалуйста, не сейчас, — взмолилась я, съёживаясь, пытаясь спрятаться в меховом покрывале. — Не трогай меня, не спрашивай, мне плохо, мне хочется забиться в угол и никого не видеть. Я отвечу потом, готов понести наказание за своеволие, что угодно, но только сейчас не трогай…
Он лежал рядом, продолжая укрывать крылом. Тихо. Касался теперь почти невесомо.
— В гардеробную мою хочешь? — спросил с тревогой и нежностью.
Я вспомнила, как когда-то лежала там, свернувшись калачиком, укутанная покрывалом из мира Танош…
— Да.
Поднявшись, Элор сгрёб меня вместе с покрывалом и понёс. Я снова зажмурилась, пыталась собраться. Осознать себя, происходящее… а ведь у меня Многоликая на талии, Жаждущий спрятан в ней. Это я смогла их убрать или они сами о себе позаботились?
— Уверен, что хочешь в уголок, а не на кровати лежать?
— Уверен.
Элор присел, осторожно уложил меня на пол:
— Подожди секунду.
Он вернулся почти сразу, постелил на пол одеяло, подушки, и опять поднял меня всю укутанную покрывалом, словно в кокон, и положил в угол.
Меня прошиб озноб, по коже словно кусочки льда проползли. Я сжалась сильнее, пытаясь унять рефлекторную дрожь.
Глухо и основательно тряхнуло землетрясение, неприятная вибрация прошлась по телу, и Элор крепче обнял меня.
— Всё наладится, — пообещал он.
Но сам не слишком верил. Я пыталась собраться:
— Наверное, у тебя полно дел, — я сжалась ещё сильнее, чтобы холод не проникал под кожу, но он всё равно просачивался. Умом понимала, что холод не настоящий, что это иллюзия, и в комнате Элора, в меховом покрывале, в его руках физически я замерзать не должна, и всё же мне было невыносимо холодно.
— Полно, — согласился Элор.
— Иди.