Она не очень удивилась. Многие преступления раскрываются вот так — случайно.
— Девяносто пять процентов. Может, девяносто семь. Попросите у Петровского фото и сами убедитесь. Е-сипен-ко — запомнили?
— Да.
У Тани на кончике языка вертелся какой-то вопрос, она пыталась поймать его и не могла.
— Ну… Тогда все, — сказал майор.
Но прежде чем он положил трубку, Таня вспомнила.
— Секунду! Где он работает, этот Есипенко?
Майор помолчал.
— М-мм… Так. Так… Есть! Грузчик. Общество с ограниченной ответственностью «Визирь».
— Спасибо, — сказала Таня. Свободной рукой она записала на листке название фирмы и обвела несколько раз. Завтра надо обязательно выяснить, не имеет ли «Визирь» отношение к городской сети общепита.
— А вы не боитесь так поздно возвращаться домой, Татьяна Леонардовна? — вдруг поинтересовался майор. — Темень-то какая. А у меня служебная «семерка» — могу подвезти, если что…
Голос бархатистый, «короткошерстный», как называла Таня.
— Спасибо, но только что за мной выехал муж, — сказала она. Зачем-то добавила:
— На серебристом «Саабе».
— А может, все-таки?.. — сказал майор, будто не расслышав про мужа. Видно, он тоже неплохо владел дедуктивными способностями.
* * *В темноте ступни собственных ног казались ей двумя проворными крысами, безуспешно пытающимися обогнать друг дружку. Асфальта не видно, только по звуку шагов можно догадаться, что он здесь: твердый, прочный, покрытый тонкой пленкой взбитой грязи. Уличные фонари едва тлеют сиреневым карамельным светом. Если бы кто-то и в самом деле захотел отведать этим вечером свежей девичинки, Таня Лопатко, следователь горпрокуратуры с вполне безукоризненными (особенно в этом полумраке) формами, могла сойти за подходящую кандидатуру.
Но Таня об опасности не думала. Она даже успела забыть о разговоре, обидном, по большому счету, разговоре с майором Липницким. Плевать хотела она на этих мужиков. С высокой башни.