Переглянувшись, друзья медленно поворачивали головы назад и, перед тем как оба из них удивлено воскликнули, рты им закрыли две могучие, широкие, мозолистые ладони.
Старший офицер Догар, разукрашенный ничуть не хуже своих подчиненных, с еще большим количеством веток в волосах, выбрал самый большой куст.
Собственно, он, кажется, носил его вместо доспеха и как ему это удавалось — оставалось загадкой.
— За маскировку — отлично. За вылазку — хорошо, вас дозорный заметил. За то, что не позвали с собой старшего по званию — унизительное плохо.
Догар убрал свои медвежие ладони и друзья смогли вздохнуть. Они переглянулись и Неро подмигнул товарищу.
— Значит ли это, сэр старший офицер, что мы не отправимся на кухню?
— Конечно значит, — кивнул Догар и друзья облегченно выдохнули. — конечно это значит, что вы отправитесь в двадцать внеочередных нарядов чистить картошку и драить котлы.
— Двадцать?! Поч…
Могучие ладони вновь накрыли им рты.
"— Тс-с-с, — прошипел Догар. — раскроете нас, бестолочи… А по двадцать, потому что по десять каждому из нас троих. Я ведь, на ровне с вами, тоже должен заслуженное наказание понести.
— Но почему тогда…
— Дедовщина, офицер Травес, — перебил Хаджара глава Медвежьего Отряда. — Это банальная дедовщина — привыкай. А теперь — любуемся зрелищем. Скоро они брызгаться начнут…
Неро и Хаджар вновь переглянулись. Странно, но почему-то эти двадцать нарядов их нисколько не пугали.
* * *Хаджар вытащил меч из груди второго Хаджара. Они разошлись в разные стороны. Тяжело дышащие, смотрели друг на друга глазами полными горькой, мужской обиды и ненависти.
— Когда мы пришли сюда, — второй Хаджар опирался на воткнутый в землю меч. В его груди зияла рана. Точно такая же, какая пересекала от плеча до живота самого Хаджара. — ты избавился от меня… как от ненужного хлама… так, же как поступали с нами и они.
— Кто они?
— ВСЕ! — закричал второй Хаджар. — Все те, кто превратил нашу жизнь в ад!
— И поэтому ты решил, что вправе отплатить им тем же.
— Мы решили! Мы! Не я!
Хаджар смотрел на вторую половину самого себя. Ту, что он отверг при рождении.
— Ты хотел сделать тоже самое и в этом мире, — прошептал он. — Я знал это… всегда знал…
— Ты слабак, — сплюнул второй Хаджар. — стоило поманить тебя пальцем и ты все бросил.