Они посмотрели друг на друга, будто только что открыли закон всемирного тяготения.
– Сразу за графа она не могла выйти, потому что Федор Козьмич наверняка сговорился с графом отдать ему Астру, – сказал Агата.
– А когда муж умер и мадам Бабановой стало нечего терять, она провела рокировку: графа – себе, Астру – Пушкину, – докончила тетушка открытие. – Но это только цветочки…
– А что будет, по-вашему?
– Авива Капитоновна не захочет жить как на горячей сковородке… Продаст дело и укатит со своим графом в Париж.
От волнения, охватившего ее, Агата не могла сидеть, вскочила.
– В таком случае опасность для Астры имеет простейшую причину: она нашла что-то, что изобличает мать!
– Ой, миленькие мои! – выдохнула тетушка, сраженная ответом. – А Пушкин ничего не знает…
– И вот вам поворот с другой стороны: мадам Бабанова могла все подстроить.
Агату Кристафоровну охватил такой страх, что она залпом выпила чашку чая.
– Алексею может грозить опасность… Такая фурия ни перед чем не остановится…
– Опасность грозит Астре! – крикнула Агата и бросилась в прихожую.
– Куда в вечернем платье! – закричала тетушка и побежала ловить неудержимую мадемуазель.
Чуть не силой остановив Агату, она отправила Дарью с запиской для портье «Славянского базара» – чтобы привезти дневное платье баронессы фон Шталь.
* * *Явление постоянного гостя не столько обрадовало, сколько заинтриговало.
– Что, опять невеста? – спросил доктор, подавая Пушкину руку.
– Математическая система говорит, что убийства невест закончены, – последовал ответ.
Преображенского так и подмывало заглянуть в черный блокнот, в котором преступление было раскрыто при помощи таблицы и паутины. Но просить о такой любезности постеснялся. Даже дружба имеет свои границы.
– Так с чем пожаловали?
Пушкин что-то вынул из внутреннего кармана, но пока прятал в руках.