А он и не подумал отодвинуться, продолжал цедить у ее уха.
- Вот и хорошо. Постарайтесь не повторять ошибку впредь. И кстати, адвокат Дементьев женат.
Что? Татьяна аж оторопела. Это он ей?!
Невольно повернулась к нему и спросила:
- Зачем вы мне это говорите?
Он все еще нависал, и лицо мужчины было совсем рядом. Взгляд и нехорошая улыбочка.
- Я просто предупреждаю, Татьяна Аркадьевна. Чтобы не строили никаких планов.
Это было так оскорбительно, ее просто залило холодом. Если бы она могла, влепила бы ему пощечину и ушла сейчас же.
Значит, придется терпеть. Глотать и терпеть. Пришлось медленно выдохнуть, прежде, чем она смогла выдавить:
- Если вы закончили, я хотела бы идти работать дальше.
- Идите, - проговорил он отодвигаясь.
Таня встала, и направилась к выходу, а он отошел к окну и бросил ей вслед:
- Кофе можете захватить с собой. И впредь кладите в чашку один кусочек сахара.
***
Женщина ушла, унеся с собой поднос. Олег был раздосадован.
Почему так вышло? Он же не собрался ее оскорбить.
Просто его вымораживало это ее холодное лицо.
Но теперь он чувствовал себя еще хуже, потому что не понимал, что вообще с ним происходит. Когда она подошла вплотную, с трудом сдержался, чтобы не притянуть ее к себе. От нее ненавязчиво пахло чем-то легким, цветочным. Он ненавидел цветочные запахи, а сейчас у него на этот аромат мгновенно встал. Пришлось отойти от нее подальше, чтобы не заметила.
Откуда вообще это все?! Откуда такая странная реакция?
Зато ей, похоже, адски трудно было повернуть голову в его сторону! Взглянуть нормально, нормально ответить.
Не удержался, хотелось дать ей понять, что нечего тут раскидывать свои сети.
Олег понимал, что ляпнул лишнее, бл****, а она оскорбилась. Подумаешь, святая невинность, оскорбленная добродетель! Когда уходила, разве что не светилась от возмущения.
А кофе ее был ужасен!
Переслащенный до безобразия.
Олег перекосился и, поправив костюм, решил сходить в общую чайную комнату, где до этого в отсутствие Маргариты Павловны пил и кофе, и чай. И даже иногда завтракал.
***
Чувствовала себя Таня ужасно. Пришла за свой стол и села, а потом несколько минут приходила в себя. Отпускало медленно, грозя вылиться истерикой или слезами. Справилась.