– А кофе хотите?
– Кофе, прекрасная Зоя, делает твои кости хрупкими и организует тебе дегенерацию каркаса подкожно-жировой клетчатки. В народе – целлюлит. Поэтому не пей, Зоя, кофе и никому не предлагай.
– А что предлагать?
– Чай, лучше – зелёный. Без сахара.
– Может, Вы ещё и не курите?"
"– От перфекционизма Бог миловал. Курю. Врачам положено саморазрушаться. Для вселенской гармонии.
– Хорошо…
– Чего ж хорошего?
– Потому что я – тоже курю.
Хорошенькая…
Морщась, трёт шею, пытаясь размять её сзади пальцами.
Ай… какой прозрачный ход, Зоя! Ты б ещё экстренно ногу подвернула…
Мне хочется закатить глаза, но я сдерживаюсь, исследуя, как далеко она зайдёт.
– Кресло неудобное… – закусывает губу. – Поправите шейку, Степан Дмитриевич?
«Шейку матки?» – практически саркастически вылетает у меня. Но я опять сдерживаюсь.
– Можно просто Стеф.
– Стеф…
Подхожу к ней в упор и, глядя в глаза, сжимаю шею, вдавливая средние пальцы в подчерепную впадину, а большие под челюсть. Тяну вверх под её тихий писк, делая несколько едва ощутимых вращательных движений.
– Расслабься…
– Ооо… – выдыхает Зоя.
Спускаюсь на трапецию, вдавливаясь в нервные окончания пальцами, в несколько плавных движений разминаю застывшие мышцы.
– Так лучше? – поднимаю бровь.
С энтузиазмом кивает.
– Руки у Вас… волшебные, – с восхищением.
Знаю…
Но что-то не готов я больше к служебным романам. Ну его нахуй. Сердце, конечно, не разорвало, но по самолюбию ёбнуло! Поэтому игнорирую её восторженный взгляд, ухожу к раковине и долго мою с антисептиком руки, пока она не уходит.
Поработав с девочкой, что с сотрясением, выписываю им рецепт:
– Глицин, валериана и покой.
– А нам участковый мексидол прописал.
– Ну что Вы, какой мексидол? Сотрясение лёгкое, внутренней гематомы нет. Придёте ещё пару раз на правку. Не нужно ей таких тяжёлых препаратов.
– Спасибо Вам большое.
– Пожалуйста! Будьте здоровы.
Ближе к обеду Зоя приглашает следующего клиента.
Мужчина… Лет тридцати пяти. В идеально сидящей тройке.
«Хорошая осанка», – отмечаю я намётанным взглядом.
Критично осматривает помещение, не спеша здороваться. Переводит на меня требовательный давящий взгляд. Рефлексы мои взбрыкивают, требуя осадить его, но я подавляю этот всплеск.
– Вы – массажист?
– И массажист тоже, – киваю я.
Оценивающе разглядывает.
– Профессиональный? Или…
Киваю на стену с дипломами.