Даже если не брать в расчет попытку моего отравления (о которой никто из Разумовских еще не знает), то разговор между отцом и сыном предстоял очень серьезный. Почему же Михаил так безмятежно спокоен и уверен в себе? Интересно, а князь отпрыска проинформировал или все — таки нет?
Игорь Владимирович сильно потер лоб изящными музыкальными пальцами, а после коротко вздохнул. Встретившись со мной взглядом, устало улыбнулся. Потом переместил взор на стаканчик в моих руках, нахмурился.
Прикрыв стакан ладошкой, едва заметно качнула головой. Не время сейчас. Поняв все без слов, Разумовский посмотрел на сына и с поразительным спокойствием произнес:
— О произошедшем инциденте с архитектором я, конечно же, знаю, — не отрывая взора от лица Михаила, мгновенно ставшего раздосадовано — озадаченным, продолжил: — В автомобиле была установлена видеокамера. Запись видел. Ты, не раздумывая, спас жизнь Софьи. Достойный поступок, молодец, — глядя на то, как улыбка расцветает на губах Миши, князь негромко поинтересовался: — Почему позже не воспользовался силой рода?
— Так а зачем? И без нее справился, — с превосходством заявил юноша.
— Поберег себя? — вкрадчиво полюбопытствовал Разумовский — старший.
"— Княжич и наследник древнего рода должен думать о себе и своем здоровье! — уверенно сообщил Миша.
— А о последствиях своих действий княжич должен думать? — в голосе мужчины зазвенел металл.
— Ну да, — парень смотрел с искренним недоумением. — Я вас не понимаю, отец.
— Заметно, — Игорь усмехнулся и добавил: — Объясню тогда на пальцах. Отнимая жизни людей, исполняющих свой долг, ты даже не задумался: а надо ли? Устроив кровавую бойню в центре города, ты, наследник древнего рода, умудрился даже не вспомнить о последствиях для этого самого рода, — замолчав, старший Разумовский тяжелым взглядом смотрел на поникшего сына.