А вдруг сорвусь и вновь поверю в то, чего в принципе не может быть? Несмотря на доводы разума, сердце кровоточило, а душа болела, тосковала по княжичу.
Притворялась же перед самой собой, что не слышу звука телефона, я сейчас совсем по другой, весьма банальной причине: надоело отказываться.
Последние дни приходилось очень часто встречаться с представителями многих родов. Круг общения стремительно разрастался, и, как следствие, предложения посетить званый обед, ужин, еще бог весть какое светское мероприятие сыпались словно из рога изобилия.
У меня же на это не было ни времени, ни сил, ни желания. Совсем. И если не брать трубку, особо настойчивые дворяне, не дозвонившись, свяжутся с Катенькой. А та уж примет весь удар на себя.
Телефон все не умолкал.
Поджав от досады губы, достала мобильный. Как всегда игнорируя значки пропущенных вызовов и непрочитанных сообщений, прочитала имя звонящего. И медленно расплылась в улыбке.
Жестом показав Василию, что отойду, приняла вызов и неторопливо направилась к машине.
Однако сквозь грохот техники и лязг металла услышала совсем не слова дружелюбного приветствия.
— Ненавижу тебя!
Непроизвольно замерла возле дверцы несколько запыленного белого внедорожника, искренне надеясь, что послышалось. Увы, нет. В трубке опять раздался такой знакомый голос:
— Ненавижу! Ты сломала мне жизнь!
* * *Несколькими часами ранее
Ярко-красный спортивный автомобиль уверенно лавировал в плотном потоке машин. Сменив привычный полуспортивный стиль одежды на изысканно-деловой, предельно собранный Михаил ехал на бесспорно важную встречу.
Договариваясь о визите, Миша не сообщил главе древнего боярского рода, зачем именно желает с ним пообщаться. Тот, безусловно, заинтересовался, однако не стал задавать вопросов. Опытный бизнесмен знал — есть разговоры, которые можно вести только с глазу на глаз.
Всего лишь на мгновение задержавшись около массивных ворот с величественным гербом, автомобиль, урча двигателем, заехал внутрь.
Остановившись на специально оборудованной площадке, Михаил вышел из машины и уверенно направился к парадному входу в роскошный особняк. Едва юноша приблизился к дверям, те бесшумно распахнулись.
— Добрый день, Михаил Игоревич.