Мне давным — давно стало понятно, что главное — оставаться собой, а не пытаться соответствовать чужим ожиданиям.
Жить только проблемами сестер я не смогу. Да и, откровенно говоря, не хочу. У меня есть обязанности главы рода, есть личные желания, мечты, и мне нравится то, чем занимаюсь. А юные боярыни должны научиться искать и анализировать информацию, общаться с разными людьми, принимать решения и нести ответственность за свои действия — то есть жить самостоятельно. Только так малышки станут зрелыми личностями, а не инфантильными барышнями.
Моя же задача — мягко направлять их, если собьются с пути; помогать, когда что — то не получается и они просят о помощи. Женщина не должна решать абсолютно все проблемы детей, иначе ничего путного не выйдет. Дети повзрослеют, вылетят из гнезда, и тогда останется… пустота. Смысл жизни утерян.
Многие жители моего родного мира вряд ли бы одобрили такой подход к воспитанию. Но точно знаю одно: я даю малышкам все, что хочу и могу дать. И, если действительно им понадоблюсь, примчусь по первому зову.
Размышляя, зашла в гардеробную, быстро сменила школьную форму на штаны и футболку. Почувствовав, как резинка на волосах ослабла, решила расчесаться, а то не годится при готовке быть лохматой. И внезапно вспомнила слова Разумовского: «От тебя пахнет дымом». Особо не задумываясь, поднесла локон к носу и принюхалась.
Дымом действительно пахло, но едва — едва.
На смену мыслям о князе пришли воспоминания о Мише. Происходило то, что мне критично не нравилось: у него открывались черты характера совсем мне не близкие. Даже более того — неприемлемые.
Ладно, поживем — увидим. Решение пока принимать рано.
Усмехнувшись, сноровисто закрепила косу резинкой и вышла из спальни.
* * *— Да не так! — строго нахмурила бровки Саша. — Плотнее надо краешки скреплять. Раскроется же при варке. Смотри, как надо, — она продемонстрировала мне аккуратный пельмешек на ладошке.
Конечно, я умела их делать, но почему бы не доставить удовольствие сестренке?
— Мы и столько не съедим, — осмотрев ровные ряды пельмешек на столешнице, безапелляционно заявила Лиза. — Куда больше?
— В следующий раз научим боярыню, — пряча улыбку, произнесла экономка и вопросительно взглянула на меня.