Страшная сказка (не)для Золушки

Иначе… ему будет просто плевать и на твоё ближайшее будущее (а на Алькино и подавно), и на то, что с тобой в этом случае сделают его люди или люди Цепня… И хватит уже стоять столбом. Снимай халат и надевай бельё. Нам ещё добираться до места назначения несколько часов.

Это было не просто жестоко и бесчеловечно. Кажется, этим вечером разбились мои последние иллюзии касательно человечности и сострадания. Никогда ещё до этого я не видела, чтобы кто-то к кому-то относился вот так… как какому-то куску мяса.

Или ещё того хуже, как к бездушной вещи, которую не жалко ни сломать, ни кому-то отдать за определённую плату. Мне едва не сразу дали понять, что я здесь никто и от моих желаний здесь ничего не зависит. Если хочу выжить – делай то, что говорят и не рыпайся. Если нет… пеняй на себя.

Глава 6"

"Если в те часы, когда меня оставляли одну (пусть и под прицелом следящей за мной видеокамеры), я могла ещё о чём-то думать и даже фантазировать о своих предстоящих действиях, то теперь, с возвращением Катьки Одуваловой, мой мозг будто и вовсе отключился.

Особенно от осознания, что очень скоро меня повезут навстречу с Кроном. Размышлять что-либо по этому поводу в подобном состоянии – всё равно, что пытаться есть, когда тебя тошнит и рвёт. Поэтому я даже и не тужилась. И даже перестала задавать Катьке вопросы. Просто делала то, что она мне приказывала делать и радовалась тому, что ещё могу это делать самостоятельно без чужой помощи. Хотя трясло меня в те часы (да и в последующие тоже) будь-будь. Тем не менее, мне удалось одеть чулки и при этом их не порвать. И всё остальное тоже, если не считать платья. С платьем мне помогла Кэт. Как и с причёской, и с макияжем.

– Ладно, туфли, так уж и быть, наденешь, когда тебя довезут до дома. А то не хватало ещё, чтоб ты себе ногу подвернула на полпути…

Вместо брендовых красных туфель на безумно высоком каблуке и обшитых красными стразами, мне дали временно обуться в простые лодочки.

После чего вывели в коридор, где нас уже ожидал внушительный конвой из нескольких незнакомых мне человек, и Одувалова вытащила из своей дамской сумочки светонепроницаемую повязку для глаз.

– Прости, солнышко, но без этого никак. Считай, это перестраховка от Цепня. Он очень в этом плане… бдительный и чрезмерно осторожный.

Мне надели эту повязку, а потом взяв с обеих сторон под локотки, повели в неизвестном направлении.