В первый раз с закрытыми глазами зарылась с головой под подушку и застонала. Мне повезло, и второго шанса я не заслужил, поскольку не ускользнул, как следовало, пока мог. Вместо этого я сел на пол в самом дальнем и темном углу комнаты, надеясь, что там ее человеческие глаза не заметят меня.
Она и вправду меня не заметила, даже когда проснулась во второй раз, встала и побрела в ванную за стаканом воды. Движения ее были раздраженными – видимо, она злилась, что ей не спится.
Жаль, что я ничем не мог помочь, как в тот раз, с теплым одеялом из шкафа.
К тому времени, как небо из черного стало серым, я уже был среди деревьев. И затаил дыхание – на этот раз чтобы подольше не выветривался ее запах. Нельзя было допустить, чтобы чистый утренний воздух приглушил боль в моем горле.
Я слушал, как Белла завтракает вместе с Чарли, вновь силился различить слова в его мыслях.
Сочетания его не облеченных в слова мыслей и высказанных слов мне хватило, чтобы в общих чертах понять его настроение сегодня утром.
Свои ответы отцу Белла формулировала тщательно и осторожно, но в строгом смысле не обманывала его. И явно не собиралась объяснять, что ее планы изменились. Или сообщать обо мне.
Чарли расстраивало и то, что в субботу она не пойдет на танцы. Она переживает из-за этого? Чувствует себя изгоем? Мальчишки в школе обижают ее? Самому себе он казался беспомощным. Подавленной она не выглядела, но Чарли подозревал, что Белла скрывает от него все хоть сколько-нибудь неприятные подробности. Он решил днем позвонить ее матери и попросить совета.
По крайней мере, мне показалось, что он так решил. Если я правильно понял его.