Но в этом случае, если бы ее изувечило, пролилась бы кровь, красная жидкость растекалась бы по асфальту, пропадая зря, запах свежей крови разносился бы в воздухе…
Меня снова передернуло, но не только от ужаса. Отчасти я содрогался от вожделения. Нет, я просто не смог бы смотреть, как она истекает кровью, и неизбежно выдал бы нас всех – гораздо более чудовищным и шокирующим образом.
Предлог выглядел идеально… но пользоваться им я бы не стал. Было слишком стыдно.
Так или иначе, мне в голову он пришел только спустя долгое время, постфактум.
«Остерегайся Джаспера, – продолжал Эмметт, не подозревая о моих раздумьях. – Он не настолько зол… но настроен куда решительнее».
Я увидел, что он имеет в виду, и на миг класс поплыл перед моими глазами. Вспышка ярости была настолько всепоглощающей, что мой мысленный взор заслонил красный туман. Я думал, что задохнусь в нем.
«ЭДВАРД! ОСТЫНЬ!» – закричал мне Эмметт мысленно. Его ладонь легла мне на плечо, удержав на месте прежде, чем я успел вскочить.
«ТИХО!» – велел он.
Я попытался успокоиться, но это было непросто. Ярость пылала у меня в голове.
«Джаспер ничего не станет предпринимать, если его не поддержим все мы. Я просто подумал, тебе следует знать, к чему он клонит».
Я сосредоточился на расслаблении и вскоре почувствовал, как разжимаются пальцы Эмметта.
«Постарайся больше не привлекать к себе внимания. Тебе и без того хватает проблем».
Я глубоко вздохнул, Эмметт отпустил меня.
Привычно просмотрев мысли окружающих, я убедился, что наш краткий и безмолвный разговор заметили лишь несколько человек, сидящих позади Эмметта. Никто из них так ничего и не понял, поэтому они вскоре забыли об увиденном. У Калленов свои причуды – об этом все уже знали.
«Черт возьми, парень, ну и влип же ты», – сочувственно добавил Эмметт.
– Выкуси, – буркнул я и услышал его приглушенный смешок."
"Эмметт злопамятным не был, и мне, вероятно, следовало с благодарностью принимать его покладистый нрав и доброжелательность. Но я видел, что он признает логику в намерениях Джаспера и сам задается вопросом, как было бы лучше их осуществить.
Еле обузданная ярость во мне продолжала бурлить.