На втором этаже было всего две комнаты: детская и гостевая спальня. Дверь в его бывшую комнату была открыта, и он мог видеть часть обклеенных плакатами стен и свой письменный стол с давно устаревшим компьютером. Его детская комната, да еще лестница, остались единственным местами в доме, где мать не разрешала делать ремонт.
Дав себе немного времени на воспоминания, Зак решительно направился ко второй двери.
— Сказала же — нахрен всех! — послышался громкий голос, стоило Заку постучать.
— Это я, Дэб, — тихо сказал Зак и на секунду прикрыл глаза — так начинались все их разговоры в последние годы.
— Тебе-то что от меня надо? — устало спросила Дебора. — Опять пришел на клинику уговаривать? В прошлый раз же сказала: больше не соглашусь.
— Открой дверь, — Зак подергал ручку. — Я не собираюсь орать на весь коридор.
— Я тебе открою, а она опять всю мою комнату обшарит? — Дебора снова повысила голос. — Вали в свою идеальную жизнь, Зак, и оставь меня в покое.
— Сколько я в прошлый раз просидел в коридоре? Два дня? Три? Хочешь снова отправить меня к костоправу? Открой дверь, Дэб, пожалей меня хотя бы в этот раз.
"— Я тебя не звала! — за дверью послышалась какая-то возня. Потом Зак услышал шум воды в раковине. — Мне никто не нужен! — после паузы добавила Дебора.
Внизу негромко тявкнул Бой — старый фокстерьер матери. В кармане у Зака настойчиво вибрировал поставленный на беззвучный режим телефон.
— Зато ты мне нужна, — ответил Зак, устало прислоняясь к двери спиной. — И ты знаешь — если надо, я пошлю нахер все съемки и контракты и буду сидеть у тебя под дверью.
— Скажи лучше, что твоя задница стала настолько важной, что тебе дадут любой отпуск и будут ждать, — истерично рассмеялась Дебора. — Вали, Зак. В этот раз действительно все. Надоело.
Зак усмехнулся и снова развернулся к двери. Наклонился к замочной скважине…
— За окном уже сугробы… — пропел фальцетом. — А у меня велосипед!
— Привет, Жанна, — усмехнулась Дебора, не устояв. Дверь толкнули изнутри, Зак услышал тихий шелест: видимо, Дебора опустилась на пол, опираясь спиной на дверь.
Помедлив, Зак тоже сел.
— Мы все устали, — сказал он глухо. — И выход есть. Ты это знаешь.
— Нет, не знаешь! — крикнула Дебора. — Брешут твои мозгоправы, тяга никогда не отпускает! — она снова всхлипнула. — А представил бы кто из этих чистеньких выпускников колледжей, что это такое, когда хочется только вмазаться. Ни есть, ни пить, ни трахаться… уколоться.