И лишь закончив с распаковкой, подняла взгляд на Пожарскую.
– Меня Дарья зовут. Лучше без отчества. Вы простите, ради бога, что мы помешали, – прижала руки к груди, – думали, что он опять на Новый год смену взял, а сейчас бутербродами всухомятку давится.
– Да нет, ничего...
За все годы, что была в отношениях с мужчинами, Вероника никогда не встречалась с их родителями. Даже Паша не спешил знакомить с мамой. У той вечно не было времени для будущей невестки.
Сейчас за это стало особенно обидно. Хоть какой-то опыт ей бы пригодился.
– Вы не волнуйтесь! – Дарья будто почувствовала ее растерянность. – Сейчас их покормлю, и мы поедем. Я быстро.
Она обвела взглядом батарею из кастрюль с пакетами и как-то странно уставилась на Веронику. Словно чего-то ожидая.
– Что вы... Не спешите. – Пожарская оттянула ворот платья. Хоть тот был и свободный, но сейчас почему-то душил. – Если хотите, я могу вам помочь.
Будто именно этого и ждала, мама Руслана снова заулыбалась, сразу же принялась закатывать рукава. И только где-то на пятой минуте слаженной работы до Вероники начало доходить, во что она ввязалась на самом деле.
* * *Количество еды, которую привезли одинокому голодному «мальчику», впечатляло. Колбасы, соленья, котлеты, голубцы, салаты – у Вероники глаза разбегались. Руслан, конечно, ел гораздо больше балерины, но вряд ли был способен справиться с таким объемом.
С нарезкой и сервировкой тоже все оказалось непросто. То ли мама Руслана была сторонницей какого-то редкого, малоизвестного направления фэншуя, то ли у каждого ее действия и слова были особые смыслы.
– Я мясо разогревать поставила. Осталось колбаску нарезать. Тонко. На один укус. – Она взглядом указала на нож, а потом будто одумалась: – Тебе с маникюром, наверное, будет неудобно. Я сама сейчас быстренько нарежу.
Словно и правда собралась резать, Дарья даже потянулась за ножом, лежащим возле Вероники, но та вовремя очнулась.
– Все хорошо. Я справлюсь.
Она с удивлением посмотрела на свои ногти, будто первый раз их видит.
Следующая пауза случилась после появления на столе трехлитровой банки соленых огурцов.
– Рассол сливать жалко. Вдруг не все доедят, – засуетилась Дарья. – Надо бы так достать. Ой, хоть бы рука пролезла.
– У меня узкая. Я смогу, – сразу же вызвалась Вероника.
– Что ты, девочка! У меня рассол крепкий. Руслан любит, чтобы огурец хрустел. Ты только свою нежную кожу испортишь.