Степные травы

– Это честь для меня, – на автомате выдал Нэрал, находясь в каком-то отстраненном состоянии.

– А познакомится с вами, честь для меня, – ответил Наследник. – Ваша дочь, господин Кэйфолен, образец рыцаря и воина. И в этом, по ее словам и как я видел, ваша заслуга… отец.

Тут Нэрал понял, что ему кололо взгляд. Он увидел, что правую руку дочери украшает золотой браслет. И по обращению… Наследника, он также понял, кто этот браслет надел.

– Думаю, мне надо вас пока оставить, – произнес парень. – Даяна, не волнуйся, Кинара пока за мной присмотрит.

– Да, милорд, – ответила Дая, при этом, тоже не отрываясь, смотря на отца.

А тот глядел в ответ на дочь. На черную форму, в которую она была одета. На шнур, который украшал ее плечо. И старый центурион, который видел столько смертей и сам не не один раз оказывавшийся в куратории практически пополам разрезанным, ощущал, что в его груди поднимается какая-то странная волна… И бьет прямо в глаза.

Даяна подошла к отцу.

– Нэрал, – обратился в этот момент к барон виконт Менге.

– Айтонол, я так понимаю, сидит в холодной?

– Да, – односложно ответил Кэйфолен.

– Ну, мы тогда пойдем туда, – сказал Менге, с легкой улыбкой смотря на встречу отца и дочери.

– Там Питен сидит, он все расскажет, – ответил Нэрал, не смотря на виконта.

Менге молча кивнул и дознанцы ушли. Ушел и Наследник. Обратно на колесник.

– Здравствуй, Дая, – негромко произнес Кэйфолен.

– Папа, – с теплом отозвалась Даяна."

"Она подошла ближе, посмотрела отцу в глаза.

И старый центурион увидел, что несколько нескладная девушка, стеснявшаяся своего роста, теперь обрела ту ловкость, которую обретают женщины, после того, как ими, собственно, становятся. Дая смотрела на него с гордостью… и любовью. Нэрал поднял руку и пощупал шнур на плече дочери, словно желая удостоверится, что он там действительно есть.

– Уже децерион, – сказал мужчина и в этот момент ему что-то попало в глаза.

Иначе, с чего бы перед его взором вдруг все поплыло?

* * *

Юлиса смотрела на парней, стоящих на пирсе.

И не видела никакого пресловутого «прирожденного лидера». Тайфол просто стоял. Сейчас вообще лидером больше Эдмонт выглядел, потому как его все слушали. Вот Эди, что-то изображая, схватился за зад и отыграл испуг. Парни дружно заржали.

Дроу, кстати, бдили. Возле схода с пирса как бы невзначай стояли трое беловолосых смуглых женщин. Вроде как тоже просто разговаривали. Это Юлиса знала, что непросто они там стоят, насмотрелась.