От неожиданности я встрепенулась и, не подумав, воскликнула:
— Входите!
— Ну, Машка! — прошипел аджан, стремительно выцветая, пока не стал прозрачным.
— Княгинюшка, простите, там ваш батюшка приехал, — произнесла сероватая Беляна, всё еще не пришедшая в себя после порталов. — Князь сказал, что вам не здоровится и звать не велел, но это же ваш батюшка. Вот и я подумала…"
"Звать, значит, не велел? А спросить, хочу ли я отца видеть после нескольких недель разлуки, нет?
— Ваш батюшка на обед изволили остаться, — ещё тише добавила Беляна, заметив, что я уже почти вошла в фазу рычания.
— Идем, — хрипло ответила ей, силясь подавить побежавшее по венам пламя.
Опять бурлить начинает… Нет уж, зараза такая, сиди смирно! А ты, Машка, сдерживай порывы!
— Вам бы умыться, барыня… — Служанка чуть слышно кашлянула.
Точно, я же тут слезопусканьем занималась! С другой стороны, я и должна сейчас выглядеть неважно. Впрочем, если умоюсь, краше не стану.
— Помоги мне и возвращайся к себе.
— Как скажете, барыня. — Беляна давно привыкла, что спорить со мной себе дороже, и больше не тратила на это время.
Ещё подходя к гостиной, я услышала, что за резными дверями происходит оживленная беседа. Причем громче остальных звучал очень знакомый и въедливый голосок. Я даже на пороге застыла, услышав его. Эта заминка помогла взять себя в руки. Отдышаться, принять тот факт, что с «отцом» приехала Татьяна. Без понятия, каким образом снова пролезла к князю, но, увы, это была она.
— Доброго дня, батюшка. Тетушка… — пропела я, наконец показавшись на глаза гостям и семье Воронцовых. — Я так рада вас видеть!
Впрочем, из последних были не все, Андрей да Ольга. Но мне и их взглядов хватило. Свекровь смотрела понимающе и вместе с тем немного хмуро, а вот муженек был недоволен.
Шел бы он со своим недовольством… Он не имел права не сообщать мне об отце.
Воронцов поднялся, явно желая усадить меня рядом с собой, но я не мешкала, ловко влезла между «отцом» и Татьяной, при этом не забыв ухватиться за его руку, и сказала:
— Я так по вам скучала, папенька!
К слову, «папенька» выглядел не лучшим образом. Черные круги под глазами, кожа будто серый пергамент. Кажется, даже схуднул немного, но при этом кидал на тетушку пылкие взгляды.