Я встала сама, чувствуя лишь легкую слабость в ногах, да и то было последствиями ударной волны. В голове шумело, но в целом я не пострадала. Стоя слишком близко к эпицентру взрыва, я могла и вовсе погибнуть – вряд ли Марна контролировала себя в тот момент.
Но как она была прекрасна! Грязное платье и чумазое лицо отошли на второй план, она светилась изнутри, словно обнаружила в себе неисчерпаемый запас волшебства. Что же подпитывало ее? Неужели дело заключалось в Снорре?
Снорре был вполне способен идти, но, пускай кожа влажно блестела от крови, прикоснуться к себе не позволил.
– Это царапины. Уходим!
Но отступление принесло еще больше сюрпризов. Дверь в камеру, где оставался Лоркан, оказалась сожжена до тла. А сам князь, хмурый и подозрительный, встречал нас на пороге. Темные пряди рассыпались по плечам, на лице – струпья засохшей крови.
– И где вы прохлаждаетесь? – хрипло спросил он, но раны и пыль, осевшая на одежде, говорили больше, чем могли поведать любые слова.
– Пора уходить, Кан, – гаркнул Снорре, расплываясь в улыбке. Видеть Лоркана живым, невредимым и почти здоровым было как бальзам на душу. – Эй, кудесница, можешь подсобить? Какие еще секреты ты там скрываешь?
Марна ухмыльнулась, разминая пальцы. Она изменилась до неузнаваемости – магия ее больше напоминала ручного котенка, нежели волка, который был готов отхватить руку по локоть. И подчинялась ей беспрекословно.
– Ну, давайте посмотрим, что у меня получится, – захваченная азартом, Марна подняла руки и склонила голову к плечу, прислушивалась к себе.
Каменная арка, отделяющая подземелья от остального дворца, наполнялась терновыми стражами и слугами Улья, которые стремились схватить нас раньше, чем мы сбежим. Но не могли пробиться сквозь стену огня, которую создала Марна: так и бились в нее лбами и кулаками, скрипя зубами от злости. Хруст инея наполнил коридор, в нос ударил аромат свежести.
– Мужчины вперед, – подмигнула Марна Снорре."
"Гвардейцы были шокированы внезапным появлением господина, но слава Селофиссар, вещи собрали быстро – покидали в походные мешки, повскакивали в седла.