Это выражение, которое мало кто когда-либо видел на лице Луки; Марселла, Маттео и я были, вероятно, единственными, кто знал честную улыбку Луки; не ухмылку, не холодную и высокомерную улыбку или ту, которая была полна угроз. Нет, в этой отражалось истинное счастье. Я с трудом сглотнула, переполненная эмоциями.
Лука коснулся моего все еще плоского живота и покачал головой в явном изумлении.
— Какая неделя?
Я рассмеялась.
— Всего около пяти недель. Еще очень рано. Мы должны подождать, пока не расскажем остальным.
Лука покачал головой.
— Мы не скажем им, пока ты не окажешься на большом сроке, но не потому, что потеряешь нашего ребенка. Ничего, никогда не случится ни с тобой, ни с нашим ребенком, Ария. Я этого не допущу.
Он говорил абсолютно уверенно, будто даже Мать-Природа, даже мое тело послушались бы его приказа, но мы оба знали, что это не так. Однако уверенность Луки заставила меня почувствовать себя лучше, и я улыбнулась.
* * *Лука, казалось, еще больше нервничал на приёме врача, чем я, когда устроилась на кушетке для осмотра. Я находилась на шестнадцатой неделе и были хорошие шансы, что сегодня мы узнаем пол нашего ребенка. Если это окажется девочка, мы с Лукой определенно попытались бы завести третьего ребенка, потому что ему необходим наследник, и я была не против этой идеи. Большая семья это то, чего я хочу все больше и больше с тех пор, как у нас появилась Марселла.
Доктор улыбнулась мне входя в палату, но, заметив Луку, поджала губы. Ей не нравилось, как он угрожал персоналу, поэтому они приняли нас в нерабочее время никому не сообщив. Он коротко кивнул ей, но не сдвинулся со своего места рядом со мной и не сел.
Я сжала его руку, и его глаза немного смягчились останавливаясь на мне.
— Все в порядке? — спросил Лука с ноткой нетерпения после минутного молчания доктора.
Она посмотрела на него с напряженной улыбкой.
— Все так, как должно быть. У вас будет мальчик, поздравляю.
Какое-то мгновение я не двигалась. Марселла будет замечательной старшей сестрой для маленького мальчика.