И после этого он надеется, что я прощу его? Каким придурком нужно быть, чтобы так думать?
«Твою ж мать! Как? Как у него член поднялся на кого-то кроме нее?»
— Не выражайся, Попова.
— Простите!
— Но мыслишь правильно.
— Не знаю. Я просто так чувствую.
— Есть такой тип людей. Им нравится предавать.
— Да. Наверное.
— Ну, а… с Назимовым у тебя как дела?
Тяжелый вздох.
— Тьфу-тьфу! С ним у меня все хорошо!
Ревность ошпарила кишки точно кислотой.
Стиснув руль до гребаного остервенения, Марат скривился:
— Надеюсь, ты шутишь?
— Почему?
— Потому что он женат! — отчеканил холодно.
— С чего вы это взяли?
— Твою мать, Юля! Ты что, реально не понимаешь?
— Не понимаю чего?
— Тебе бежать нужно от Володьки, сверкая пятками! Бежать из его клуба!
И вновь в ответ упрямое:
— Почему?
— Однажды в «Запретный плод» может заявиться какой-нибудь крайне влиятельный человек. Настолько влиятельный, что твой драгоценный Назимов просто не решится ему перечить.
— Неправда! — в сердцах воскликнула Юля. — Назимов никогда не поступит так со мной! Он дал мне слово! Он пообещал!
— Ну, дай-то Бог! Дай-то Бог! — криво усмехнулся. — Однако практика показывает — грош цена… такому слову! Не говори потом, что не знала!
Ничего не ответив, девушка с ногами забралась на сиденье, подгибая колени под себя.
Разговор был окончен. Следующие минут пятнадцать-двадцать прошли в полнейшей тишине. Молчал даже Артем.
Но в какой-то момент Каримов почувствовал его маленькую ладонь на своем плече. Склонившись ближе, мальчуган тихонько прошептал:
— Марат, а почему она спит?
Обернувшись на долю секунды, мужчина обнаружил свою студентку, забывшуюся тревожным сном и скукожившуюся от холода.
От подобного зрелища что-то болезненно заныло в груди.
Плавно притормозив, он так же тихо велел племяннику:
— Дай-ка мне свой плед.
Закопошившись, малец выудил с задней полки теплое покрывало и протянул ему. Недолго думая, Марат расправил его и укрыл им девушку, плотно закутывая ее обнаженные босые ноги. В этот самый момент, испуганно дернувшись, Юля распахнула веки.