– Очень быстро есть вредно для здоровья, – предупредил меня Джаспер.
– Переживу, – отмахнулся я, отнёс свою тарелку и отправился на арену для превращений, где у нас сейчас будет первый урок. Я знал, что мистер Гарсия всегда приходит туда раньше нас, и решил воспользоваться случаем поговорить с ним наедине.
Когда я вошёл, он улыбнулся:
– Ну что, Тьяго, пришёл в себя после спасения Кармен? – Наш учитель – оборотень-дельфин, и мы с ним очень похожи внешне: оба стройные, высокие, смуглые и черноволосые.
– Да… Но я не об этом зашёл поговорить, а о тех гадких акульих боях, – выпалил я и пересказал ему свой разговор со Стивом.
– Хороший план, – одобрил мистер Гарсия и, оглядевшись по сторонам, понизил голос: – Ты, наверное, хочешь узнать, когда я попытаюсь прозондировать Леннокс, да? – Я молча кивнул. – В понедельник во второй половине дня я назначил ей встречу в Майами – якобы чтобы поговорить об успеваемости Эллы.
– Так скоро? – Моё сердце исполнило барабанную дробь. – Но это опасно. Может, вы… возьмёте с собой кого-нибудь, кто бы вас прикрыл, если что-то пойдёт не так?
Мисс Уайт могла бы его защитить, но мы даже не знаем, где она.
– Не волнуйся, со мной отправится Джек, – сказал Фаррин Гарсия.
– О’кей, – выдавил я. Но волноваться не перестал. Джек Кристалл не боец – сумеет ли он помочь в случае опасности?
Постепенно подтянулись другие ученики, и я сел на один из водонепроницаемых стульев в центре, будто всё как обычно. Джаспер и Шари заняли места рядом со мной, и я начал успокаиваться.
Разумеется, главной темой этого урока превращений было происшествие с акулой-молотом.
– Эния всё сделала правильно – посмотрела, как там Кармен, нажала кнопку тревоги, а потом позаботилась о соседке. В человеческом мире нужно действовать так же, если обнаружишь пострадавшего, – сказал мистер Гарсия. – Почему это так важно? Элла, ты же наверняка знаешь?
Элла, в первом обличье зеленоглазая блондинка, а во втором – тигровый питон, сосредоточенно красила ногти. Но, видимо, она всё-таки слушала.
– Потому что спасателям потребуется несколько минут, чтобы добраться до места, – ответила она, не поднимая глаз, и стала дуть на ноготь, чтобы ярко-розовый лак скорее высох.
– Правильно, – сказал учитель превращений.
– Почему у тревоги такой странный звук – то низкий, то высокий? – отважился спросить я.
Блю, Шари и Мара, во втором обличье ламантин, тут же подняли руки. Спросили Мару.
– Чтобы его все слышали – в том числе в зверином обличье, – объяснила она мне.