А теперь получается, что меня подвела та, кому я особенно верил. Буквально вонзила нож мне в сердце, – горестно продолжал Сарданапал. – Недавно я говорил с профессором Клоппом. Он очень доволен. Крайне доволен, хотя и скрывает это. Говорит, что давно ожидал от белых магов чего-то в этом духе. Это раньше вы были «беленькие», а теперь стали «грязненькие». Представляю, сколько еще подобных острот мне предстоит выслушать.
Медузия согласно кивнула. Таня уставилась себе под ноги. Она почувствовала, что ее щеки заливаются краской.
Сарданапал испытующе посмотрел на нее.
– Теперь я хочу, чтобы Поклеп Поклепыч кратко ввел нас в курс дела, – попросил он. – Пожалуйста, Поклеп! Начинай!
Поклеп Поклепыч, прихрамывая, вышел вперед:
– Вчера вечером мне сообщили, что ученица Гроттер пропала. Ее не было в комнате ни в одиннадцать, ни в половине двенадцатого. Ее соседка Склепова ничего не знала. Более того, она уже спала и запустила в меня подушкой. Я не виню ее: у всех черных магов скверный характер, особенно спросонья.
– Ужас! И это в такое тяжелое время! – с укором сказала Медузия.
Поклеп негодующе закивал:
– Тогда кто-то вспомнил, что вечером она была на тренировке по драконболу. Я вызвал нескольких джиннов, вооружил их и вместе с ними отправился на поле.
Тане захотелось, чтобы с потолка упала плита и раздавила ее. Тогда бы хоть не было так стыдно.
– Значит, ты утверждаешь, что это она заставила Гоярына напасть на тебя? – уточнил академик."
"– Она, она! Она крикнула, чтобы он меня убил! Она ему приказала! Я едва остался жив! Ее надо зомбировать, лишить всех магических способностей, отнять перстень и отправить в мир лопухоидов! Вот что я предлагаю! – зашипел Поклеп.
Таня пошатнулась.