Она ойкнула, юркнула обратно в помывочную, но, видимо, сообразив, что к чему, снова появилась из-за приоткрытой двери.
— Руни? — Она подозрительно разглядывала меня. — А почему ты такой?
В ответ я зевнул, намекая на усталость.
— Я долго возилась, да? Прости! — Она, наконец, вышла и, поправив на себе ночную рубашку, присела.
Меня окутал мягкий ягодный аромат. Такой сладкий, что голову вскружило. Улыбнувшись, Касси снова обсмотрела меня от ушей до хвоста и хохотнула.
— А погладиться дашься? — спросила, а сама губу прикусила.
Как же меня сейчас распирало показать Рыжику фигу и сказать любимую фразочку моих маленьких племянниц-ведьмочек: «накуси-выкуси» шерстяной.
Подойдя к Касси, я развалился перед ней, подкупающе задрав лапы. Я был очень милым волком... впервые с момента рождения.
А чего? Чем я хуже кота? Хвост, усы и уши. Пусть и мне бока погладит.Касси снова кусала губы в нерешительности. Смекнув, что сейчас мне может ничего не перепасть, я подергал лапками. Сработало.
Докатился... Но чего уж.
Она запустила ладони в мою густую шерсть и пригладила. Сначала робко, потом смелее. Почесала за ушами, под шеей. Принялась тискать.
Я млел. Дорвался!
Как же я в этот момент понимал Рыжика.
— Руни, а вот такой ты совсем не страшный, — прошептала Касси, обнимая. — Волк же. Должен выглядеть грозным.
В ответ я потерся о её ладонь головой. Конечно, я был страшным, но не для неё. И не сейчас.
— А там вода стынет, — шепнула она, почесав мне под лапами.
Я навострил уши и сделал то, чего она совсем не ожидала.
Обернулся.
Она охнула, когда в её объятиях оказался мужчина. Глаза округлились. Я же улыбался, понимая, что её ладони всё ещё гладят мой обнаженный торс.
— Руни, — она покраснела. — Ну как так можно?
Смутившись ещё больше, неуклюже попыталась встать и не заметила, что часть подола её ночной рубашки оказалась подо мной. Касси дёрнулась и, не удержав равновесие, повалилась сверху.
Резко выдохнув, я обнял ее, прижимая к своему торсу. Мокрые локоны скользнули по моей груди, доставляя дикое удовольствие.
Я сделал глубокий вдох, закрывая глаза.
Как же одурманивающе она пахла!
— Руни, помоги подняться. — Она взглянула на меня, нахмурилась. — Я снова испачкала ноги и ладони. Не хочу спать грязной. Ты так и будешь валяться или поможешь?
Касси совсем не понимала, что творилось со мной в этот момент. Какие мысли роились в голове.