Свет мешал спать. Судя по ощущениям, было позднее утро, но вставать совершенно не хотелось.
Я себя разбитым корытом чувствовала. Вспомнились женщины — жрицы богини Яники, которые всю свою жизнь проводят в дорогах. Так их жалко стало. Действительно, вот кого стоит уважать.
— Я бы через неделю легла под ближайшую ель и испустила дух, — протянула печально.
— Уж не знаю, о чем ты, ведьмочка, но мужчина твой завтрак дождаться должен, а если ты и дальше будешь нежиться, как избалованная орина, то дух под моим забором от голода испустит он.
Подскочив, я уставилась почему-то на своего рыженького Руньярдика, нализывающего на соседней подушке свои...
Хм... Кот, заметив мои шевеления, поднял голову и зыркнул на меня с осуждением.
— Да он тоже голоден, — объявила Ясира, стоящая в дверях. — Все утро ему пальцем тычу на угол, где мышь у меня завелась. Никакой реакции, такое чувство, что не дворовый кот, а императорский любимец. Вы где его такого важного отыскали?
— В придорожной канаве, — я пожала плечами.
Руньярдик лапу опустил и растянулся на подушках, всем своим видом демонстрируя, что мыши — это ниже его достоинства. И вообще, он благородных рыжих кровей.
Снаружи до нас доносился стук топора. Сев, я выглянула в окно.
— Там он, — Ясира хохотнула. — Всё, что было, уже переколол. Топор отложит, в дом зайдет, сюда сунется к тебе — а через минуту бежит снова за дрова хвататься. Я так с вами и дом в порядок приведу к продаже. Прямо свезло старой ведьме. Душа не нарадуется!
— А вы собрались уходить с этих мест? — встав на ноги, я покрутилась в поисках платья.
— А как же, вслед за вами со всем своим скарбом и пойду. Дома на старшую дочь оставлю. Она с продажей управится и вслед за нами двинется с каким-нибудь императорским или ханымовским обозом.
Услышав про ханыма, я напряглась немного.
— А вы о нем слышали? О ханыме Руньярде? — осторожно поинтересовалась.
Я все еще боялась, что своим побегом вызвала его гнев. И хорошо, если меня сочтут мертвой и он успокоится, а если нет? Оскорбить мужчину, наделенного властью, очень опасно.
— Слышала ли я о ханыме? — Ясира посмотрела на меня так, словно у меня заячьи уши выросли. А затем, что-то вспомнив, хохотнула. — Хм... Как не слышать. Силен, красив, несгибаем. Говорят, беспощаден к врагам. Воспитанник одного из генералов императора Айдана Свирепого. Поговаривают, ханым Руньярд, будучи еще мальчишкой, в честном поединке убил своего кровного старшего брата Бирна. Мерзкий был фер.