Сразу в них и ни шагу в иную сторону. С трудом поднявшись, переползла через лавку и спустилась на землю. За спиной ветер раздувал костер, так что тот, шипя, запускал искры в небо.
Выдохнув, я собрала все силы и, пританцовывая, направилась в темноту, ориентируясь на высокие заросли. Не потеряться бы. Каждый шаг отдавался тупой болью в спине.
Кажется, я и правда отлежала себе все, что могла. Другого объяснения своему состоянию просто не находила.
Семеня по узкой тропинке, уговаривала себя потерпеть еще немного. Попутно высматривала кустики погуще и подальше от костров.
Темно хоть глаз выколи. Луна лишь изредка пробивалась сквозь тяжелые тучи. При этом каждая тень казалась мне живой. Мерещилось, что стоит кто-то, а шаг сделаешь — а это пенек очередной.
Ветер ударял в спину, метался среди деревьев, шевеля листву. Неподалеку каркали вороны, только усиливая мой страх. Уже и сердце билось где-то в горле.
И прошла-то всего ничего... а тряслась как заяц!
Нет, ну нужно было Руни покричать... Ага, чтобы он стоял в шаге и журчание мое слушал?!
И страшно, и стыдно, и глупо все как-то.
За спиной хрустнула ветка. Я замерла истуканом, зажав руки между ног. Все просто просилось наружу. Набравшись смелости, оглянулась. Никого, хотя и присутствовало ощущение, что следит за мной кто-то.
— Спокойно, — выдохнула я. — Тропинку вижу, костер наш тоже отсвечивает. Все хорошо.
Вот после этого я посеменила дальше, слегка пританцовывая. Ближе к заветным кустикам замедлила шаг. Вроде и от озера близко, но идти дальше ну просто сил не было. Да и смелости. Здесь заору — так все услышат. А что там дальше — неизвестно.
И только сделав шаг вперед, снова услышала треск за спиной. Резко обернулась, всматриваясь в темноту, сердце уже у шеи колотилось.
И все же... Я слышала что-то еще. Будто поступь тихая. И она приближалась. Неуклюже пригнувшись, я высматривала опасность. Или это моя мнительность? Поди разбери.
Сделав шаг назад, вдруг почувствовала, что что-то мягкое коснулось ноги. Крик подавила и чуть не замочила штаны, что для орины было бы ну совсем несмываемым позором.
«Мяу» — послышалось за спиной.
— Фух, — выдохнула так, что надо мной птица с ветки вспорхнула.