Моргнув, я отвела от него взгляд.
— Да, так намного лучше, — выдохнула и провела носом по виску своего волка.
Поерзав на нем, ощутила, как подо мной увеличивается его желание.
Опустив ладонь, скользнула пальцами по рельефному каменному животу и дернула пряжку ремня. Расстегнула ее.
Руни перехватил мою руку...
— Не спеши, моя орина, — его хриплый голос будоражил сознание. — Ты невинна, а я слишком голоден.
— Тогда поцелуй меня, Руни.
Он поднял голову и снова впился в мои губы, при этом отклонился назад, увлекая меня за собой.
"Лег на спину, а я оказалась сидеть на нем верхом. Такая необычная поза, но мне неожиданно понравилось. Качнувшись, попыталась немного отстраниться, но кто бы позволил. В его кроваво-красных очах плескалась страсть. Жгучая и обжигающая.
— Нет, — выдохнул он мне в губы, — уже нет...
Смысл его слов до меня не доходил. Его руки ласкали мое обнаженное тело. Жадно. Губы скользили от губ к шее и обратно. Упираясь в его грудь, я стонала и раскачивалась на нем. Внизу живота все пылало от желания.
Такого странного и ранее мне неведомого...
— Руни, — простонала я в его губы, — пожалуйста...
... Комнату наполнили тихие стоны. Наши тела танцевали древний танец страсти, отбрасывая тени в отсвете одинокой свечи.
Легкая боль после его медленного и нежного проникновения, сменилась бурным наслаждением. Меня захлестывали волны удовольствия. Словно тонула, хватая воздух ртом. Все вокруг плыло, мысли путались, пока не осталась лишь одна — я любила и желала мужчину, что лежал сейчас подо мной, позволяя мне оседлать себя.
— Мой, — шепнула, запрокидывая голову. — Ты только мой.
Мир разбился на сотни мелких ярких осколков. Их звон стоял в ушах. Застонав, я открыла рот, не в силах дышать...
Сладкой судорогой свело тело, вытянувшись, я обмякла, упав на своего волка.
Он еще несколько раз толкнулся и зарычал.
Стиснув руками мои бедра, резко перевернулся и уложил меня на спину. Уткнувшись лбом в матрас, тяжело задышал.
— Люблю тебя, — его хриплый низкий бас разбился о мое затуманенное сознание.
Обняв его, провела ладонями по влажной спине. Подушечки пальцев очерчивали рельеф мышц.
— Я всю жизнь тебя ждала, Руни, — шепнула, приходя в себя. — Все мечтала, что моим истинным станет кто-то большой и очень сильный. И добрый.
— Вряд ли меня можно назвать добряком, Касси, но для тебя я им стану.
Я улыбалась. Прикрыв глаза, слушала мелодию, долетавшую до нас из таверны.